Подарок дьявола

Если бы в красноармейцах Епифанова осталось хоть немного сознания, он бы расстрелял их на месте. Но убивать мычащую скотину Моисею Зелену не позволяет партийная совесть.

– Кони за насыпью пасутся, – успокаивает комиссара разведчик.

В полночь отряд вступает в центр города Валуйки. Крестов обходит окрестные дома и устраивает бойцов на постой. Каменный терем попа Зелен забирает под штаб. В поповском дворе на подводах дрыхнет пьяная сотня Епифанова. Вокруг комиссар выставляет караул из десяти штыков.

– Не двигаться! Стрелять буду! – слышит он окрик часового и удивленно таращится в сторону голоса. Мутный южнорусский рассвет вместе с похмельем туманит глаза.

– Ты чт-т-то, братец, с-с-своих не узнаешь.

Обычно Вампилов не заикается, но лошадиная доза спирта продолжает тормозить речь.

– Не двигайся, пристрелю, – повторяет караульный.

– Ты кто?

– Красноармеец Пердяк.

– Охренел, товарищ Пердяк? – возмущается Вампи лов и прыгает на землю.

Гремит выстрел. Пулеметчик удивленно смотрит на обидчика и заваливается навзничь.

Утром восемнадцатилетний комиссар Моисей Зелен во дворе поповского дома перед строем расстреливает из своего нагана командира сотни Василия Андреевича Епифанова.

Екатеринбург. 2000 год. Февраль

– Я тебя очень прошу, сначала навести Николая Спиридоновича, а потом делай что хочешь.

Наталья Андреевна, собиравшая грязную посуду, строго посмотрела на дочь. Марина посещала маленькую квартирку престарелого родственника каждый день. А вчера провожала подругу в Москву и пропустила.

– Мама, мне первую пару пропускать нельзя. Запишу лекцию Фролова, а после двенадцати навещу его. Он же все равно целый день дома, и почему ты всегда называешь своего дядю по отчеству?

– Потому что он на много меня старше и очень уважаемый человек… Хорошо.

– Знаю, мама…

– Знаешь, и молодец. А сердиться на мать нельзя. Ничего с тобой не случится, если я лишний раз напомню. Николай Спиридонович помог тебя вырастить, а сейчас он совсем один. Старики особенно нуждаются во внимании.