Вариант сублимации Книга 1

Спич Мюнхгаузена многократно прерывался аплодисментами, которые он из скромности пытался остановить поднятой рукой, но они только усиливались…

В конце спича произошли громкие рукоплескания, переходящие в овацию. Хрустальные подвески люстр пришли в движение, как будто солидаризируясь с присутствующими в их восторгах, которые всё нарастали – до такой степени, что люстры начали раскачиваться, а лампы – подмигивать, посуда в шкафах – дребезжать и подпрыгивать, столы – двигаться, громадная зала монолитного здания трактира – гудеть … Всех присутствующих – в том числе стенографиста и собак – охватили неизъяснимые экстаз, эйфория и катарсис.

Раздались многоголосые крики: «Ура», «Браво», «Многая лета», «Гром победы раздавайся», «Мюнхгаузена – в канцлеры» (все – на немецком). Собаки залаяли и завыли (разумеется, тоже на немецком)…

Оркестр на антресолях давно громыхал ораторией Свиридова на слова Маяковского: «Во весь голос», но его невозможно было расслышать за шумом всеобщего счастья и веселья, как присутствующих в трактире, так и присоединившихся к ним миллионов жителей по всей Земле и на Луне, которые со слезами умиления на глазах слушали спич Мюнхгаузена в прямом эфире: по радио, телевидению и в интернете…

В общем, как напишет потом некий А.

– Сделалась метель.

* * *

Ps. За бортом – мороз. Рыжик сказал, чтобы Вы одевались потеплее (на службе-то комната отапливается, не холодно?) и не попали под машину.

Но скоро весна. Стоит только встретить Новый год, и – вот вам.

До свидания?

12. 05:00–06:09. А.

«Чуть – свет, и я у Ваших ног»(36).

Доброе утро, мадмуазель. Или дрыхнете?

Всё будет хорошо. Или – плохо. Будем посмотреть, как говорили иезуиты.

Поднимем бокалы «за дефис», а пока поднимаю чашку кофе (с коньяком) за благоденствие Вас в 1-С бухгалтерии (но бухгалтеры мне положительно не нравятся. Мне они кажутся туповатыми, ортодоксальными, не знающими, что происходило под телегой при Петре Первом, не говоря уже о «Ветках персика». Им бы только дебет с кредитом свести).

Пока-пока.

Ps. Вот они Ваши «блеск и нищета»: наговорили семь бочек арестантов – за полторы недели ни буковки.