Добрый убийца

– Куда надушился? – уже более миролюбивым тоном поинтересовалась Варя, наливая кофе в любимую кружку генерала.

– Сегодня начальника жду. Надо все в офисе приготовить. Петро после ремонта своего сыскного бюро не видал. Вот уж рот-то разинет, – ответил Грыжин, прихлебнув из кружки.

– Чего подать? Сыра, ветчины? Творог хороший вчера из «углового» принесла, – спросила Варя, стоя возле холодильника.

– Садись со мной, Варюха. Одному кусок в горло не лезет. А чего подать, сама решай, – сказал Грыжин.

Варя достала и сыра, и ветчины, и творога, после чего присела на краешек стула и налила себе чаю.

– Кофейком моим брезгуешь? – усмехнулся генерал, покосившись на чашку прислуги.

– Никак я к вашим кофеям не привыкну.

Горек он для меня, – призналась Варя. – Выходит, ты, Григорич, теперь в подчинении?

– Выходит так, Варька. У нас ведь работа будет сдельная. Найдем – заработаем. Не найдем – нет. У Петрухи нюх. А я так, в помощниках. Может, тоже пригожусь. Зря хлеб есть не буду, – пояснил Грыжин.

– Сутками, как давеча, начнешь пропадать? Не мальчик ты уже для таких гулянок. – Варя вымыла свою чашку, поставила ее в сушилку и, вздохнув, уселась к недочищенной картошке.

– Ты, старая, поменьше языком мели. Наказал, чтобы помалкивала. Нигде я сутками не пропадал, – насупился Грыжин.

– Я только тебе сказала. Что же я, глупая, с чужими о твоих делах трепаться? – оправдывалась домработница.

– Ладно, проехали. – Грыжин допил кофе и вышел в коридор. Возле шкафа он задумался, не надеть ли для первого дня генеральскую форму, но махнул рукой и достал штатский костюм.

Снежок, выпавший под утро, жильцы затоптать еще не успели. Иван Григорьевич постоял возле подъезда, вдохнул свежий утренний морозец и огляделся. Сосед из нижней квартиры пытал стартером свою «Волгу». Машина за ночь остыла и не желала заводиться.

– Ты ее, Андреич, примусом под картером погрей, как в войну полуторки оттаивали, – посоветовал Грыжин и, засунув руки в глубокие карманы своего полушубка, решительно зашагал со двора.

Небо над Москвой только начало светлеть, и фонари еще горели. Иван Григорьевич протопал по Казарменному переулку и повернул к Чистым прудам. Бульварное кольцо, несмотря на раннее время, превратилось в сплошную пробку. Грыжин порадовался, что добыл помещение у себя под боком и может за пять минут пешком добраться до офиса.

«Петруха на машине минут за сорок тоже подтянется, не помрет. Молод еще. А для офиса нужен центр.