Необыкновенная жизнь обыкновенного человека. Книга 4. Том 2

Уже почти совсем рассвело. Ночью прошёл мелкий снежок, стояла полная тишина. Не было слышно и стрельбы. Борис, совершив в находившемся поблизости «ровике» необходимые дела, подошёл к одному из белеющих сугробов снега, засучил рукава, расстегнул ворот и, захватив большую пригоршню мягкого пушистого снега, с удовольствием растёр им себе лицо и руки. Умывание было закончено. Он вернулся в землянку, вытерся висевшим на колышке полотенцем, но оставаться внутри не мог: жара казалась просто невыносимой. Он сел на близлежащий ствол берёзы и, закурив, принялся намечать план на день: «Сперва посмотрю баню, затем пройду на батальонный перевязочный пункт.

«А как же с дезкамерой?» – вновь вернулись его мысли к больному вопросу. И вдруг ему показалось, что он нашёл выход. Ему вспомнилась невероятная жара в землянке старшего врача полка: «А что если и дезкамеру построить в землянке?» И у него быстро созрел план, пока ещё не очень чёткий, но уже, кажется, вполне реальный.

Он поднялся и подошёл к землянке ППМ. Её размеры были 4 на 5 м. В глубине стоял перевязочный стол из козел с носилками, в уголке – открытая укладка с инструментом, перевязочным материалом и небольшим количеством медикаментов. По бокам укреплялись низкие козлы, на которые укладывались носилки с ранеными. В настоящий момент на одних носилках лежал красноармеец с забинтованной головой, а на других сидел, потягиваясь, Костюков.

При виде Алёшкина дежуривший в ППМ фельдшер вскочил из-за столика для заполнения карточек передового района и отрапортовал:

– Товарищ начсандив, в ППМ 51-го стрелкового полка происшествий нет. Находится один раненый, обработан. Дежурный военфельдшер Фролов.

Борис выслушал рапорт, поздоровался с фельдшером за руку и, подойдя к Костюкову, стоявшему во время рапорта по стойке «смирно» около своих носилок, сказал:

– Ну, кажется, я нашёл.

– Что нашли? – насторожился Костюков.

– Дезкамеру.

– Где?

– У вас.

– Как у нас?

– Сейчас увидите. Дайте-ка мне листочек бумаги, – попросил Алёшкин и, сев за столик, начертил схему.

– Затруднения могут быть только в трубах и стенке. Печь можно соорудить из любой пустой бочки из-под горючего, а трубы, наверно, сумеют сделать в медсанбате. Я думаю так, пришлю-ка вам пару специалистов из батальона – жестянщика и печника.