Фараон

Дверь открылась, и харранец вошел в просторное подземелье, освещенное светильником, горевшим на столике перед пурпурной завесой. На завесе был вышит золотом крылатый шар с двумя змеями. В стороне стоял египетский жрец в белой одежде.

– Скажи, вошедший сюда, – проговорил жрец, указывая рукой на Пхута, – известно ли тебе, что означает этот символ на завесе?

– Шар, – ответил вошедший, – есть образ мира, в котором мы живем, а крылья указывают, что мир этот парит в пространстве подобно орлу.

– А змеи?… – спросил жрец.

– Две змеи напоминают мудрецу, что тот, кто выдаст эту великую тайну, умрет дважды: и телом, и духом.

После минутного молчания жрец снова спросил:

– Если ты в самом деле Бероэс (тут жрец склонил голову), великий пророк Халдеи (он снова склонил голову), для которого нет тайн ни на земле, ни на небе, то соблаговоли сказать слуге твоему, какая звезда всех чудеснее?

– Чудесен Хор-сет,[36 - Хор-сет – планета Юпитер. (Прим. авт.)] обходящий небо в течение двенадцати лет, ибо вокруг него вращаются четыре меньшие звезды.

Но еще чудеснее Хор-ка,[37 - Хор-ка – планета Сатурн. (Прим. авт.)] обходящий небо за тридцать лет, ибо у него есть не только подвластные ему звезды, но и большое кольцо, которое иногда исчезает.

Выслушав это, египетский жрец пал ниц перед халдеянином. Затем он подал ему пурпурный шарф и кисейную вуаль, указал, где стоят благовония, и с низкими поклонами покинул подземелье.

Халдеянин остался один. Он перекинул шарф через правое плечо, закрыл лицо вуалью и, взяв золотую ложку, насыпал в нее благовония, которые зажег у лампады перед завесой.

Шепча какие-то слова, он трижды повернулся кругом, так что дым от благовоний опоясал его как бы тройным кольцом.

Между тем пустая пещера наполнилась странным движением. Казалось, что потолок поднимается вверх и раздвигаются стены. Пурпурная завеса у алтаря заколыхалась, словно колеблемая невидимыми руками. Воздух затрепетал, как будто в нем пролетали стаи незримых птиц.

Халдеянин распахнул одежду на груди и достал золотой медальон, покрытый таинственными знаками.

Все подземелье дрогнуло, священная завеса порывисто дернулась, в темноте вспыхнули огоньки.

Тогда маг воздел руки и произнес:

– Отец небесный, кроткий и милостивый, очисти душу мою… Благослови недостойного раба твоего и простри всемогущую руку на души непокорных, дабы я мог дать свидетельство всесилия твоего.

Вот знак, к которому прикасаюсь в присутствии вашем.