Жребий вечности

Это была огромная махина, радиус которой достигал семи метров, а высота шести метров, и весила она, по прикидкам, порядка двадцати тонн. Решено было никуда не перемещать ее, а прямо здесь укрыть, в дощатом ангаре. Местность тут же оградили и выставили охрану.

– Я тогда выдвинул версию, – вновь заговорил Раднер, – которая, правда, была осмеяна другими членами комиссии…

– Так-так, – оживился Шернер, – что за версия? Не волнуйтесь, я готов к рассмотрению любого предположения.

Прежде чем ответить, инженер вновь вопросительно взглянул на Скорцени.

– В этом кругу – можно, – обронил тот, давая понять, что запрет на разглашение государственной тайны, которую инженер клятвенно обещал хранить, на время снят.

Раднеру уже было под пятьдесят. Это был тщедушный мужичок с запавшей грудью и изможденным лицом человека, страдающего какой-то неизлечимой болезнью. А еще Шернер успел узнать, что почти год инженер провел на Восточном фронте, где и лишился кисти левой руки: хирургам пришлось ампутировать ее после обморожения.

– Я предположил, что пилотируют подобные аппараты не люди, то есть, вернее, не сами инопланетяне, а биологические куклы, искусственные биологические создания[18 - Здесь имеется в виду понятие «биологические роботы». Однако само это понятие – робот – вошло в наш научно-технический обиход уже после Второй мировой войны.], создавать которых мы с вами пока еще не научились.

– Вполне допускаю, – согласился Шернер.

– А то, что, в случае аварийной посадки или угрозы пленения, эти искусственные космочеловечки запрограммированы на самосожжение. Если мы своим разведчикам вручаем капсулы с цианистым калием, заранее программируя их на самоубиение, то почему бы не допустить, что точно так же, только на генетическом уровне, программируются и эти космочеловечки?

– Только у них задача посложнее: самоликвидироваться следует таким образом, чтобы землянам не доставались даже тела погибших, – поддержал его Скорцени.

– В данном случае – строение искусственных тел. Это секрет их генетиков. То есть я предполагаю, что космочеловечки попросту самосожглись.

– Пепел кто-нибудь видел, его исследовали? – поинтересовался Шернер.

Скорцени и инженер переглянулись.

– Не видел, не исследовал.