Жребий вечности

– Какая благородная вещь! – сразу же восхитился вождь вождей, протирая куском своего пустынного балахона узоры на поверхности столика. – Сколько в ней высокого благородства!

Фельдмаршала поразило, что, при всем своем очевидном незнании германского языка, вождь умудрялся находить очень точные выражения. О журнальном столике, который разделял их, нужно было говорить именно так: «Сколько в нем высокого благородства!»

Только теперь, когда, не удержавшись, шейх провел рукой по поверхности столика и жадным взглядом прошелся по его росписям, фельдмаршал по-настоящему поверил, что перед ним – действительно произведение древних мастеров и что камни в этих инкрустациях подлинные.

Именно поэтому он не спешил отрывать аль-Сабаха от созерцания столика, сейчас он чувствовал себя коллекционером, которому удалось поразить одним из раритетов своего многоопытного коллегу.

Этот столик добыл его «спецотряд по сбору драгоценностей», как теперь деликатно именовалась зондеркоманда, возглавляемая подполковником фон Шмидтом и в задачу которой входило то, что уже в открытую называлось «созданием сокровищ Роммеля».

Вино оказалось теплым, ибо о запасах льда здесь приходилось лишь мечтать, однако вождь почти залпом опустошил свой бокал, хотя по опыту Роммель знал, что обычно арабы от спиртного отказываются.

– Жидкость, – лаконично объяснил вождь, перехватив его удивленный взгляд. – Жажда. – И тотчас же вожделенно взглянул на фигурную бутылку бордо.

– Что привело вас ко мне? – на сей раз уже не спешил браться за «источник жизни» Роммель.

 – И кого, каких людей, какие силы вы представляете?

– В моем подчинении находятся пять племен.

– Вот как? – безынтонационно произнес фельдмаршал, берясь рукой за бутылку вина. – Что из этого следует? В чем выражается эта подчиненность? Вы пытаетесь создать свое независимое государство? Возродить древнюю империю? Объединить несколько племен в единый народ, пусть пока что и без своего собственного государства? Наконец, сотворить новый Карфаген?

– Это значит, что по существу я – вождь вождей этих пяти племен, – шейх выдержал паузу, наблюдая за тем, какую реакцию вызовет его сообщение у фельдмаршала.

Но тот сделал вид, что вообще не обратил внимания на названное им количество племен. И «вождь вождей» вынужден был продолжать: – Мы хотим знать, что произойдет после того, как германская армия победит не только в Европе, но и здесь, в Пустыне Пустынь.