Стоять в огне

Но все же прошу передать устно: слово офицера, что в день нашей встречи ни один волос с его головы не упадет. Если Беркут захочет выдвинуть свои условия, пусть изложит их в записке. Ты вручишь ее часовому у ворот. Впрочем, это может сделать и кто-либо из людей Беркута. Часовые будут предупреждены. Когда поручение будет выполнено, ты должен исчезнуть из этих мест. Если вернешься домой – безопасность не гарантирую.

– Вы на самом деле отпустите меня?

В устах седовласого человека вопрос этот показался Штуберу до смешного наивным.

– Бери письмо и иди. У ворот ждет машина. Солдат проводит тебя и выдаст соответствующий документ. В течение десяти суток эта бумажка будет пропуском через любые заслоны. В течение десяти. Все. Ты свободен, старик. Помолись за человека, который подарил тебе по крайней мере десять дней жизни. Иногда на это не способен даже Господь Бог.

Лесич шагнул к выходу, но гауптштурмфюрер остановил его.

– На допросах ты утверждал, будто у Беркута есть ординарец? И они даже немного похожи. Так, может быть, в большинстве операций участвует не Беркут, а тот, другой?

– Нет, Беркут, только Беркут, – уверенно ответил старик. – Храбрый он солдат, вот что я тебе по-солдатски скажу. У меня два Георгиевских креста, и я знаю, о чем говорю. Тот, другой, он помельче, поосторожнее. Ему прикажи – он выполнит. А чтобы самому… чтобы задумать что-нибудь такое…

– Я понял тебя. Узнал немного, но, очевидно, больше ты и не знаешь.

* * *

Когда старик ушел, Штубер снял китель, прилег на топчан и попытался еще раз прокрутить весь план операции.

Успех зависел от того, поверит ли Беркут его слову. Штубер внимательно ознакомился со всеми донесениями, имевшими отношение к деятельности группы Беркута, начиная с осени прошлого года. А также со всем, что касается личности самого Беркута. Спецслужбы рейха многое теряют оттого, что не привлекают таких людей на свою сторону. Особенно выходцев из славянских стран.

Конечно же, он не уверен, что на этот раз Беркута сразу же удастся завербовать. Ведь не удалось же сделать это в июле сорок первого. Но попытаться все же необходимо. Прошло время. Война затянулась… У Беркута было время подумать. Да, он будет подбирать для работы на Украине только таких агентов.