Стоять в огне

– Но согласитесь: ваша группа оказалась в этой крепости лишь благодаря тем, кто прошел через окопы и сожженные села. И только благодаря тому, что они, растерзанные тела многих тысяч солдат вермахта, устлали эту землю кровавым ковром триумфа будущих победителей.

– Несомненно, господин подполковник, несомненно… Хотя могла бы оказаться здесь и без них. И сделать больше, чем все подразделения вермахта, прошедшие через Подолию почти за два года войны. Эту страну с ее гигантскими лесами можно было полностью деморализовать действиями одних только групп хорошо подготовленных диверсантов.

Парализовать экономику, устроить межнациональную резню. А затем уже прийти. И захватить за три-четыре месяца. А что касается триумфальных ковров из тел – оставим эти патетические банальности ученикам Геббельса. Это их хлеб.

– Вы прекрасно знаете, что сюда забрасывали сотни всяческих групп. Интересно только, где они теперь?

– Вопрос в том, кого именно забрасывали? Трусливых неучей? С примитивными рациями, к давно перевербованным резидентам?.

. Кстати, как чувствует себя тот старикашка, в доме которого, говорят, всю зиму отогревался Беркут?

– Завтра же передам его гестапо.

– Неужели так и не заговорил?

– А он и не пытался отмалчиваться.

– Странно. И что он поведал нам?

– Что раньше Беркут бывал у него довольно часто. В его доме, собственно, и перезимовал.

– Один наведывался, один зимовал?

– Иногда ночевали еще два-три человека. И, как правило, с Беркутом был его ординарец.

– Что, действительно ординарец? – насторожился Штубер.

– Так говорит старик. Он – бывший солдат. И еще одна особенность: старик утверждает, что ординарец и Беркут немного похожи друг на друга. Правда, Беркут более коренаст и, видимо, физически покрепче, но все же деталь довольно любопытная.

– Значит, вместе с ним все еще действует сержант Крамарчук. Старый знакомый. Удивительно живуч. Он описал внешность Беркута?

– Описал. Совпадает с описанием, которое дал один из двух полицейских (врачи чудом спасли его): высокого роста, широкоплечий, могучая грудь, полнолицый, широкий раздвоенный подбородок.

Нос по-орлиному загнут, кончик слегка приплюснут.

– Полицейский успел заметить даже такое?

– Нет, это уже со слов старика. Кстати, оба описания совпадают с имеющимся в гестапо. Оно составлено на основании донесений различных лиц, поступавших еще с прошлой осени.

– Гестапо может гордиться.