Плацдарм непокоренных

– Предполагаете, что сумеем продержаться целую неделю?

– Если сумеем создать достаточный запас еды и боеприпасов, то и дольше. По законам войны, мы уже должны были бы уйти туда, сузив наземный участок обороны до небольшого клочка побережья по обе стороны косы. Но ведь остались-то мы здесь не для того, чтобы выживать самим, а чтобы не давать жить врагам.

– И вовремя ударить с тыла, когда наши пойдут в наступление, – задумчиво поддержал коменданта Глодов. – Признаться, в подобной ситуации мне приходится быть впервые.

Их беседа была прервана появлением Кобзача. Заметно исхудавший, давно не бритый, старшина становился все меньше похожим на солдата и все больше – на местного, камнереченского отшельника. И был он явно встревожен.

– Только что с двумя своими хлопцами по ничейной проползал, – сообщил он. – К немцам прибывает подкрепление. На моих глазах появилось три грузовика с солдатами. На одном из них – русские. То ли полицаи, то ли из этих, которые при генерале Власове состоят.

– Три машины – не то подкрепление, из-за которого стоит портить себе нервы, – хладнокровно заметил Беркут. – Но оно должно настораживать. Вполне вероятно, что уже завтра противник попытается прочесывать нашу монашескую пустынь.

– К тому же прибавьте два орудия, которые они притащили с собой.

– Это уже посерьезнее. На таких каменьях, при взрывах, больше солдат гибнет от щебня, нежели от осколков снаряда.

– Лучше бы их сразу же уничтожить, – мечтательно признал старшина.

– Может, отменим поход на тот берег и бросим группу сюда, прощупать пополнение? – загорелся этой мыслью Глодов. – Тем более что, если в деревне поймут, что «языка» взяла наша группа, могут двинуться сюда, на усмирение.

– Именно так мы и поступили бы, если бы не существовало приказа генерала. В штабе дивизии уже ждут наших разведданных. Этим все и оправдывается.

Лейтенант растерянно развел руками:

– Понятно, что с генералом лучше не спорить.

– Старшина, обойдите заставы и прикажите бойцам держаться поближе к таким укрытиям, где можно спасаться от осколков, то есть к пещерам, гротам, каменным навесам, руинам… К ночи все заставы отвести ко второму валу и предельно усилить бдительность.

4

Уже возвращаясь в Каменоречье с «языком» – рослым, костлявым унтер-офицером, Кремнев не раз благодарил судьбу, что в составе группы оказалась Калина.