Аматмея. Алхимик Некромантус

Он все равно не понимал, что она ему пыталась объяснить. А летучая мышь усердно продолжала создавать все тот же звук, и было видно, как ее рот двигался вместе с большими клыками. Ноздри при этом слегка увеличивались, на доли секунды, а после снова уменьшались.

Некромантус начал успокаиваться, и его сердцебиение плавно возвращалось к нормальному ритму. Возможно, это существо пришло не с той целью, о которой он изначально подумал, и теперь ему было проще уловить все, что ему шипела огромная летучая мышь. Но все равно не понимал, что она пыталась ему говорить.

А может, это вовсе и не разговор. Может, она так готовиться к употреблению своей жертвы. Такая мысль снова заставила нервничать алхимика. Он просто продолжал наблюдать за существом, в надежде на то, что скоро все решиться. Столько ждать своей смерти было невыносимо. Но на удивление алхимика, ничего не происходило дальше. Огромная летучая мышь продолжала что-то шипеть, а Некромантус, наконец, начал немного понимать, что крылатое существо ему повторяло одну и ту же фразу.

«Шиманси сат та амэ, намо астиенте, намо хенно ване».

Что это могло значить, и правильно ли понял алхимик слова, оставалось непонятным.

«И все же, что хочет сказать огромная летучая мышь, ему этим?»

Может, она остерегает его от чего-то, а может, предупреждает о чем-то. Информации было недостаточно, и парень решился на серьезный шаг. С ней поговорить. Ему было страшно сделать это, и в его голосе звучала дрожь.

– Простите. Что вы говорите? Я не понимаю, – с осторожностью, в пол тона, спросил Некромантус. При этом начал неспешно махать головой из стороны в сторону и разводить руками. Может жестикуляция поможет лучше.

– Асанта мино амэ, – все таким же шипящим грубым голосом говорила летучая мышь на каком-то своем языке, и все тем же страшным взглядом сквозь красные глаза смотрела на человека.

– Я не понимаю, – продолжал качать головой, слева направо, Некромантус, пытаясь снова объяснить ей жестом вместе со словами.

При этом алхимик немного успокоился. Все-таки комфортнее он себя чувствовал, когда на него не нападают. Да и чувствовать себя постоянно добычей спокойствия не добавляет.

Теперь Некромантус мог сконцентрироваться на общении.

– Шилинго, – чуть громче обычного послышался все тот же шипящий голос летучей мыши. – Ти польно, ти ошен польно. Смертельна польно.

И вот только сейчас он понял слова летучей мыши.