Абу Нувас

Его не покидает ощущение своей вины. Может быть, Аллах покарал его отца за то, что он был невнимателен на уроке и плохо читал Благородный Коран? Но тогда надо было покарать не отца, а его самого. Видно, Аллах вовсе не так милостив, как говорят…

Опомнился Хасан в дороге. Мать расплатилась с домовладельцем, распродала небогатую утварь, связала в узлы все, что могла взять с собой, и отправилась в Басру. Соседка сказала ей: «Басра – большой город, а ты ведь искусна в стирке. Ты сможешь зарабатывать стиркой и пристроить своих детей к достойным людям».

И вот Хасан покачивается в паланкине на спине высокого светло-рыжего верблюда. Один из бедуинов, пожалев вдову, взялся доставить ее за небольшую плату в Басру. Так вот она какая, степь, воспетая поэтами в звучных стихах! Кругом холмы, кое-где покрытые чахлой травой, справа тянется пересохшее русло протока, глубокая долина, по которой весной, сметая все на своем пути, мчится бешеная вода. На серо-желтой земле черными пятнами выделяются норы тушканчиков, высоко в небе парит степной орел.

Говорят, в этих местах раньше было много львов, рассказывает погонщик, шагая рядом с верблюдом, но теперь они ушли далеко в заросли тростника, к болотам Басры, в места, недоступные для людей. Бедуин идет мерным шагом, и кажется, никогда не устанет. Трудно понять, сколько ему лет, – его спина пряма, как у молодого, но лицо покрыто глубокими морщинами, то ли от старости, то ли от лишений. Мальчика сильно беспокоят прямые лучи солнца, а проводник, кажется, совсем не чувствует их слепящего жара.

– Твоя мать из Хорасана?* – спрашивает он вдруг.

– Нет, она родом из Хузистана*, а мой отец был чистокровный араб! – с гордостью говорит Хасан.

Ему льстит, что кочевник говорит с ним, как с равным, и, желая показать, что он заслуживает этого, Хасан добавляет:

– Я учился в куттабе и знаю наизусть весь Благородный Коран, а еще я знаю муаллаки*, несравненные строки времен бедуинской старины.

Мальчик хочет начать стихи, но бедуин, не слушая его, говорит:

– Среди персов тоже бывают благородные и щедрые люди.

стал халифом, Абу Муслим проезжал по этим местам, направляясь в Мекку для паломничества. Клянусь Аллахом, мне не пришлось в жизни видеть такого человека! Своей щедростью он сравнился с Хатимом* из племени тай.