Адора

Его черные глаза неотрывно смотрели ей в лицо, она чувствовала это, несмотря на то что ее глаза были закрыты. Ему нравилось следить за тем, как она судорожно хватает ртом воздух или в истоме прикусывает зубами нижнюю губу.

Феодора находилась во власти сладких видений. Ей чудилось, что она лежит в крепких объятиях принца Мурада, всем своим нутром прислушиваясь к мягким толчкам его фаллоса. Сильные руки нежно сжимали ее груди, а горячий язык властно вторгался в рот, приятно щекоча десны. Ей хотелось разорваться на две части, чтобы любимый как можно глубже утонул в ней.

Жаркая волна пробежала по телу Феодоры, кровь застучала в висках, она вскрикнула и тут почувствовала, как внутрь ее тела выплеснулось горячее семя. Пришло ощущение какого-то освобождения, легкости, сладостной истомы…

Она открыла глаза. Боже! Где принц Мурад? Кто этот отвратительный старик?

– Ты прекрасна, очаровательна, бесподобна! – в восторженном порыве вскрикнул султан. – Ты умеешь чувствовать чужое тело, ты, невинная девочка! Я обожаю тебя! Ты мое счастье! Фео-одо-ра! Фео-одора! О Аллах! Я люблю тебя, Феодора!

Орхан обнял ее и поцеловал.

Его руки опять начали ласкать ее тело, и он вновь возбудился. Феодора сама ощущала сильное желание, но, когда он вторично овладел ею, ей почему-то захотелось плакать…

Под утро, сидя на постели, они пили легкое вино и ели сладкий шербет.

– Малышка, тебе не нужны никакие учителя, ты и так все умеешь, – сказал Орхан и положил в рот кусочек шербета. – Ах, моя сладкая женушка, как я тебе благодарен, – добавил он, жуя.

 – Теперь я у тебя в долгу. Моя обожаемая Феодора, ты – моя единственная любовь. – В его голосе слышались интонации Мурада, какие-то неуловимые особенности произношения, словно легкое эхо. – Я теперь никуда не отпущу тебя, моя любимая Адора.

Эти слова как кинжал вонзились в сердце Феодоры, имя, которым называл ее Мурад, теперь вторично давалось ей устами его отца.

– Адора! – решительно произнес он. – Теперь ты будешь моей Адорой.

– Почему ты назвал меня этим странным именем? – почти прошептала она.

– Потому, – сказал он, поцеловав ее в губы, – что ты – моя дорогая, значит – Адора.

Какая насмешка судьбы: и отец, и сын в порыве страсти пользовались одними и теми же словами, и можно было подумать, одинаково чувствовали, одинаково воспринимали Феодору, иначе чем объяснить то, что, не сговариваясь, они дали ей одно и то же имя?!

А она? Теперь она – настоящая жена султана и должна выкинуть принца Мурада из головы.