Адора

Боже, чего здесь только не было! Костюмы для верховой езды, легкие туники, длинные сарафаны, ночные рубашки, платья для торжественных приемов и многое, многое другое. Рядом с Феодорой стояла шкатулка с золотыми и серебряными украшениями, среди которых опытный глаз Али Яхия сразу разглядел дорогие изделия известных мастеров.

– Приветствую вас, принцесса!

Феодора кивнула в ответ, указав ему на диван и давая тем самым понять, что он может сесть.

– Я выполнил поручение, принцесса, и передал султану ваши слова…

В это же время султан Орхан сидел один в своих апартаментах, размышляя о том, что сказал ему Али Яхия.

Вечером он один, без сопровождающих, направился в спальню Феодоры. Она уже ждала его; на ней было полупрозрачное шелковое платье небесно-голубого цвета – и никаких украшений.

Завидя его, Феодора привстала, сделав движение, чтобы снять платье.

– Нет, – остановил он ее.

– Но, мой господин, меня здесь учили, что я должна быть послушной и понятливой и не задавать лишних вопросов.

В ее низком мелодичном голосе слышалась неприкрытая насмешка.

– Посмотри на меня, – повелительно сказал Орхан.

Она повиновалась, посмотрев прямо в лицо Орхану своими чистыми аметистовыми глазами. Орхан приблизился к ней, обнял и поцеловал в самые губы, его пальцы ощутили под тонким шелком нежное девичье тело. Он почувствовал, как она вздрогнула от его прикосновений.

– Ты боишься меня, Феодора?

– Немножко, мой господин. После прошлой ночи.

Султан сделал резкое движение рукой, как будто рубил что-то мечом.

– Прошлая ночь – случайность. Забудь. Мы начнем с сегодняшней ночи.

Перед глазами Феодоры, как наяву, встал евнух, приближающийся к ней с деревянным фаллосом.

– Да, мой господин, – сказала она. Орхан неторопливо снял с нее одежду и положил юную женщину на диван. Он покрыл ее тело мелкими поцелуями, так не похожими на те, что он небрежно дарил ей прошлой ночью.

Сердце Феодоры забилось быстрее, дыхание стало чаще. Жаркая волна наслаждения пробежала по ее телу. Рука Орхана спустилась с груди Феодоры вниз, к животу, потом еще ниже, к бедрам, и наконец оказалась между ее прекрасных ног, лаская самое нутро этого юного нежного тела.