Адора

Девушка решила перелезть через монастырскую стену, которая, к счастью, оказалась не слишком высокой. Перебравшись через стену, она вволю наелась сладких плодов. Пора было возвращаться назад, и она начала карабкаться на стену, но та оказалась старой, и Феодора, ухватившись за какой-то выступ, сорвалась вниз. К своему удивлению, упала она не на жесткую землю, а прямо в сильные руки смеющегося мужчины. Она зажмурила глаза, и когда открыла их, то увидела красивого молодого человека.

– Ты воришка или просто маленькая голодная монахиня? – спросил он.

– Не то и не другое, – ответила Феодора. – Пожалуйста, поставьте меня на землю.

– Не отпущу, пока как следует не рассмотрю твои прекрасные глазки. Странно, ты не турчанка. Кто ты?

Феодора не стала отвечать. Ее никогда не обнимал никакой мужчина, кроме отца. Немножко неудобно, но нельзя сказать, что неприятно.

– Уж не откусила ли ты свой прелестный язычок, милая? – спросил мужчина, не услышав ответа на свой вопрос.

Феодора покраснела: ей казалось, что незнакомец читает у нее в глазах все ее мысли.

– Я послушница в этом монастыре, – сказала она. – Пожалуйста, помогите мне перелезть через стену: если меня найдут здесь, мне здорово влетит.

Он подсадил ее, потом забрался на стену сам, спрыгнул вниз и протянул ей руки.

– Прыгай, синеглазка. – Он улыбнулся.

Она прыгнула, а мужчина, поймав ее за талию, легко опустил на землю. Чувствуя теперь себя в безопасности, Феодора впервые осмелилась взглянуть в его черные, агатовые глаза.

– А что ты делала в саду? – спросил он, ничуть не смутившись.

– Я захотела персиков. Монастырские ворота были закрыты, и поэтому я полезла через стену.

– Скажи, а ты всегда получаешь то, что хочешь?

– Да, но запросы мои не так уж велики.

Он улыбнулся и протянул ей руку:

– Мое имя Мурад, а твое?

– Феодора.

– Это слишком сложно. Я буду звать тебя просто Адора, ладно?

Внезапно он наклонился и поцеловал ее. От неожиданности Феодора потеряла дар речи.

– Как вы смеете? – вырвалось у нее после минутного замешательства.

Произнеся эти слова, Феодора смутилась, будто сказала невесть какую чудовищную глупость.

– Могу поспорить, что это первый поцелуй в твоей жизни, – заявил Мурад совершенно спокойным голосом.

Феодора почувствовала, что ее щеки покрываются румянцем. Она повернулась и хотела убежать, но не сделала этого, сама не понимая почему.

– Могу поспорить, – продолжал Мурад, – что ты замужем за стариком.