Кровь Меровингов

Ведь не может же Торнес взять ее замуж по любви, не видя ни разу?

Луиза перестала нервно вышагивать по комнате и уселась на кровать. Опустив голову, она глубоко задумалась над своей несладкой женской долей. Сколько графов, баронов, достойных и недостойных рыцарей, увлеченных кто ее красотой, а кто богатством дома Арманьяков, просили ее руки у сэра Бернара. Всем был дан отказ. Она, видите ли, была помолвлена с рождения, и точка. Очнувшись от раздумий, Луиза глубоко вздохнула и тут же подскочила на мягкой перине.

Утро подкралось незаметно.

За окном уже было солнечно. Голуби под крышей завели свою нежную воркотню. Бодрое ржание лошадей доносилось до слуха, им давно не терпелось взбить пыль вольных дорог. Перекликнулись стражники. Надо решать быстрей, как быть с приездом испанца, а она еще в постели. Не найдя выхода из главной своей проблемы, Луиза решилась избавиться от второстепенной, которая оказалась куда ближе алтаря и обряда венчания:

– Хм! Если бой заведомо неравный – лучше его избежать! – воскликнула Луиза и выглянула в окно, за которым царило солнце.

Росший недалеко лес манил к себе.

Там хорошо! Там спокойно…

Решение оказалось на редкость простым – удрать из дому и не возвращаться до ночи, а потом сказаться больной и отлежаться у себя до отъезда гостей. Луиза обрадовалась своей дерзкой идее, представляя себе, что будет, и бросилась собираться.

А что же с замужеством? Да ничего! Плевать на замужество.

Подбадривая себя разными мятежными планами, наскоро позавтракав фруктами, печеньем и молоком, оставшимися после их ночного пиршества с братом, Луиза в спешке натягивала на себя мужской костюм.

Сшитые специально по ее фигуре одежды были просты по крою, но качество тканей было самым высоким.

– Скорее в лес! На охоту! – подхлестываемая мыслями о своей ретировке, Луиза запрыгала в возбуждении по комнате.

Собирая вещи, затем сняла со стены оружие, цепляя ножны на широкий пояс, отделанный металлическими пластинами. Ее обычному охотничьему снаряжению позавидовал бы любой вассал графа Арманьяка.

Привычным движением меч – верный друг пока что только в тренировках – вошел в ножны, мерцая длинным и острым клинком. Старинная сталь редкой закалки отражала вековую доблесть Арманьяков. Рука хорошо легла на рукоять, обтянутую кожей. Следующим последовал арбалет – один из последних подарков любимого дядюшки Роже из Тулузы. У Луизы не было времени как следует опробовать его. Арбалет был тяжеловат для ее хрупкого телосложения.