Все адмиралы были троечниками 2

Девяносто процентов учеников, прошедших через такое сочинение, расписывают, как они всю жизнь только и делали, что мечтали лечить людей и учить детей. Но что-то останавливало этого писателя. То ли не хотел слишком явно врать, то ли внутренний голос подсказывал, что именно сегодня надо было написать правду…

Сосредоточиться мешали крики соседских пацанов, которые, судя по всему, еще не задумались о своей судьбе и поэтому беззаботно веселились на улице. В их голосах чувствовалось несерьезное отношение к жизни.

Они мешали не громким смехом, а тем, что напоминали о вселенской несправедливости. Кроме них мешало по-летнему теплое солнце, мешали бесцеремонные воробьи, мешало буквально все. Какая-то муха вместо того, чтобы заснуть до следующей весны, с тупой настойчивостью билась и билась в окно. Пойти и убить ее времени уже не было.

Мать, уходя на работу, посоветовала несколько профессий, но не напишешь же одной строкой: «Я хочу стать инженером», надо еще как-то этот выбор обосновать. Сделать это в двенадцать лет очень сложно – запаса слов мало и логика откровенно хромает.

Вот и сидел этот горемыка, уставившись в заголовок. Если бы он знал или придумал, КЕМ хочет стать, наверное, дальше было бы проще. Но как раз это «КЕМ» в голову и не приходило.

Были профессии, в которые он не пошел бы ни при каких обстоятельствах. Например, продавец или бухгалтер в их среде котировались наравне с оскорблением. Какой нормальный русский пацан в здравом уме и твердой памяти решит посвятить этому жизнь.

Он, как настоящий пионер, хотел приносить пользу людям, но чтобы при этом профессия была романтичная и мужественная.

Несмотря на юный возраст, ему хватало благоразумия откинуть некоторые профессии, как нереальные: космонавт сразу попал в раздел «даже не мечтай». Хотя, как показали дальнейшие события, сегодня можно было грезить обо всем, так как написанное на этих листках впоследствии исполнилось…

Сегодня родной город получил бы возможность в будущем стать родиной космонавта – Героя Советского Союза.

Этот факт мог серьезно изменить и сам город. На лучшей его площади появился бы бюст отважного покорителя космоса. Улице, на которой он родился, носившей пресное и скучное название «Горская» (она тянулась по направлению к горе Змейка), присвоили бы его гордое имя, известное к тому времени уже всей стране. Несколько пионерских дружин в местных школах гордились бы, что носят имя знаменитого земляка.