Гроза Кавказа. Жизнь и подвиги генерала Бакланова

Остались бабы да деды, которые уж и ходить не могут, а так, на завалинке сидят.

Детворе тоже перепало. Кому ж теперь за хозяйством смотреть? Но с малышни, кому по три, по четыре года, какой спрос? За два лета, пока тепло, пока без штанов босиком бегать можно, пролазил баклановский отпрыск Кандаурову и Чепурью балки, забирался на Селиванов, Абрамов, Романов, Петров и Агапов курганы. Обследовал он Колок и Петрову луку, Потяшев яр, Голый кут и бесчисленные урочища – Пышкино, Яблочное, Черячукино, Серебрянку, Караич, Кайдал, Запертое, Червленое, Рубежное и иные.

Мотался со сверстниками по высокой песчаной насыпи на правобережье, называвшейся Кучургиной-Навиной, – старики гутарили, что здесь были татарские поселения. Рылись там в песке, наконечники стрел искали. В луке Серебрянки играли в войну и брали приступом Черкесский бугор, прежнее место жительства каких-то закубанцев. Возле Сизовой почты вырыли из земли старый ржавый палаш и хорошо сохранившийся медный клинок. А у урочища Червленого окаменелые громадные кости вывалились из берегового донского песка.

С трех лет ездил малолетний Бакланов верхом…

Зимой много не побегаешь, но тут другие развлечения. Соберутся к бабушке соседки, родня какая-нибудь подойдет. Тут только слушай. Перво-наперво всю родню переберут, кто кому кем приходится, кто на ком был женат, откуда брал, когда и от чего умер…

– Он, Никифор, был Игнатьич?

– Да то чей же! Игнатьич. Он старший был, за ним – Терентий, за Терентием – Потап.

– Я его не помню, Никифора…

– Да кто ж его помнит? Я замуж выходила, он уж умер.

– А Потап? Я тетку Грипку хорошо помню…

– Потап – младший. Когда при Булавине да при Долгоруком разорение было, самое он и родился.

– Это какое ж разорение?

– Когда от девяти десятому головы на дровосеке рубили.

– А-а… А Грипка, жена его, с того краю была. Чья она?

– Митревна.

– Точно, Митревна… А Терентий, стало быть, средний…

– Средний.

Вычислили позже местные краеведы, что род Баклановых пошел от Игната Баклана, появившегося на Дону во второй половине XVII века В 1695 году у него родился сын Никифор, в 1703 году – Терентий, в 1708 году – Потап; все числились простыми казаками. Никифор был женат на Ульяне Петровой, Терентий – на Анастасии Никитиной, Потап – на Агриппине Дмитриевой.

У Терентия Игнатьевича тоже было три сына.