Шум

Он ей не нравился, и она быстренько создала для него невыносимые условия, от которых он сбежал от родного папы к бабушке. Мне тоже было от этого хорошо. Ведь теперь в школе меня не будут унижать одноклассники. Теперь двоечник и хулиган больше не мой брат, не живёт со мной в соседних комнатах. Он снова скатился в учёбе. А в школе у меня восстановились прежние отношения с одноклассниками.

Спустя несколько месяцев, отчим снова сильно напился. Тогда мы с сестрой сидели у себя в комнате, и только слышали всё, что происходило на кухне.

Мама называла отчима алкоголиком, а он её материл и говорил про неё всякие гадости. Мама сама не пила. Она вообще не любитель выпить. Поэтому она сидела трезвая и спорила с пьяным мужчиной. Спустя примерно пол часа ругани, она взяла его телефон и пошла с ним к выходу из дома, а он за ней. Она была уверенна, «он общается с бабами», что для мамы означало измену. Это не мои отношения. И не мне судить. Но моё мнение, общение – не измена. Он же с ними не спал, а только общался. Я знаю это на сто процентов, потому что мама всегда рассказывала о подробностях своей личной жизни. Я знала какой отчим в сексе, какой был папа, другие её любовники, хотя я и не хотела этого знать. Мне было неловко с ней это обсуждать и даже просто слушать. Я просто думала, «я же ещё ребёнок, зачем не эта информация, я не твоя подруга», но подруг у мамы не было и поэтому все её интимные секреты годами вливались в мою ещё детскую голову. Она всегда говорила, вы же у меня уже взрослые. Но это же бред. Конечно удобнее считать детей уже взрослыми, так проще. Эта их словесная перепалка закончилась дракой. Мама, видя неадекватного пьяного мужчину, который вдвое сильнее тебя, всё равно упёрто настаивала на своём и не отдавала его же телефон. В этот момент нам с сестрой стало безумно страшно, мы вышли из своей комнаты, начали кричать на них и плакать. Мама только успела крикнуть: «убирайтесь в комнату» и он повалил её на бетон. Стал забирать телефон и быть её по лицу. Соня, смотря на всё это, захлёбывалась от слёз и пыталась на них кричать, а я стала звонить дяде – полицейскому. Почему она не отдала ему телефон? Как можно быть такой упрямой, такой гордой? Он же мог легко её убить. Но она продолжала зажимать его телефон, пока он не разбил ей голову, губу и не ушёл. Мама злая и гордая позвонила дяде. Нажаловалась на сожителя и легла спать. Она не поинтересовалась у нас, какого нам? Что мы чувствуем после этого инцидента и всего увиденного? Она просто легла спать.