Демпфер III. Отверженные

– Какой же ты, Петенька, хороший, – радостно басила та, ведомая им к лестнице со второго этажа, сквозь плотную завесу сизого дыма.

– Есть, кто живой? – крикнул с первого этажа командир, наконец-то прибывшего, пожарного расчета.

– Ловите! – крикнул вниз Горюхин и слегка подтолкнул Дину Яковлевну к пути эвакуации.

Перемахнув по инерции через первую ступеньку, старая больная, измученная диетами, женщина оступилась и смертельно-опасным снарядом кубарем покатилась вниз…

Судя, по донесшемуся снизу стону спасателя и поднявшимся на улице крикам, Дина Яковлевна эвакуировалась удачно.

Теперь ничто не мешало Петру Горюхину довести свой дьявольский и хитроумный план до логического завершения и… насладиться местью.

Месть в его жизни была той единственной отдушиной, позволявшей ему себя чувствовать вершителем судеб…

II

Не вышедший силой и умом Петр Горюхин, был с детства обижен и богом, и людьми. В свои сорок два года он представлял собой невысокого плюгавого человечка с постным лицом и простодушными детскими глазами, из-за которых его иначе как Петенькой никто не называл.

При первой встрече с ним у людей складывалось мнение, что перед ними наивный и безобидный человек, вобравший в себя все черты обычного ничтожества. Незаметный серый человечек, старательно прикрывавший несколькими длинными волосинками на макушке своей головы плешь, всегда был рядом, но никто и никогда его не замечал.

Но, если бы кто-то из тех, кто презрительно смотрел на него свысока, видели бы Горюхина после того, как тот воплощал свои коварные планы в реальность, они бы были очень удивлены происходившим с ним метаморфозам…

Стоя обнаженным у себя в квартире перед зеркалом, из гадкого, забитого жизнью и людьми никчемного человечка, он превращался в полубога… Серого кардинала жизни человеческой… И пускай объект его мести не знал, что случившаяся с ним неприятность не просто стечение обстоятельств, а хорошо продуманная и стратегически выверенная акция Петра Горюхина, и пускай это акция была всего лишь мелкой пакостью – это никак не омрачало его радость и торжество амбиций.

Первый свой акт отмщения он совершил еще в первом классе, когда его одноклассник Мишка Потапов на переменке дал лизнуть привлекательный по цвету, но ужасно противный на вкус леденец всем, кроме него.