Аллоген. Книга пятая. Начало

Сегодня она заявила, что хочет морепродуктов, которых приготовит сама, поэтому Виктор по дороге заехал в небольшой магазинчик, расположенный возле дома, в котором, в основном, продавали просрочку, и купил замороженные гребешки, которых производитель для увеличения веса продавал с кишками.

Наблюдая за тем, как Оксанка возится с газовой плитой и кастрюлей, Виктор, в который раз про себя отметил, что большее, на что она способна – это зажечь газ и что-то бросить в кастрюлю.

После того, как она умолола гребешки и всосала в себя бутылку вина, Виктор, перекусив бутербродом, лежал в постели и терпеливо ждал, когда Оксанка накурится.

Курила она часто. Хоть, в тридцать с небольшим, она кашляла также, как вечный сиделец в местах не столь отдаленных, курить Оксанка бросать не собиралась.

Некурящему Виктору было противно заниматься с ней сексом, но в данной ситуации искать ей замену было ни желания, ни сил.

Оксанка полежала бревном, попритворялась немного, что оргазмирует, а затем уставилась в телевизор…

Виктор из принципа решил довести дела до конца и, закрыв глаза, вспомнил одну из своих девочек помоложе…

Он не только освободился от лишней семенной жидкости, но и, наконец-то, раскочегарил, обычно аморфную, Оксанку…

Та, немного отдышавшись, пошла опять курить и несколько минут гремела на кухне, то ли костями, то ли табуретками.

Что-то не давало ему покоя, но что, он понять не мог…

В это время с кухни вернулась прокуренная Оксанка.

– Давай еще, – предложила она и уселась ему на бедра, повернувшись лицом к его ногам.

Она елозила на нем, как запрограммированный робот, заученными до автоматизма, лишенными всякого творчества, движениями и Алексич решил было уже принять ее условия, но…

Когда Оксанка в очередной раз, выгнувшись спиной, уставилась на него широко зияющим влагалищем и таким же, по размеру, анальным отверстием, Виктор представил себе, сколько же она выпила баррелей халявной самбуки.

– Что-то я устал. Давай вызову такси, – предложил ей Алексич.

Молча, без слов, Оксанка надула тонкие губы, ледяными руками потрогала его член и, убедившись, что секса больше не будет, принялась рассержено натягивать трусы.

– Импотент, – кинула она ему, стоя в дверях, когда оператор такси сообщила, что машина уже приехала.

– Шалава, – огрызнулся Алексич и закрыл за ней дверь.

Ворочаясь с бока на бок, Виктор не мог уснуть.