Ничего не бойся

Потом понял, что так не заснёт никогда, и стал считать овец. Сбивался, начинал сначала, но сон не шёл. И тогда он вновь стал вспоминать юную принцессу, которая живёт на земле почти три сотни лет, но при этом всё такая же молодая и красивая. И вдруг ему захотелось увидеть её лицо ещё раз. Он гнал эти мысли, но они возвращались снова и снова. Тогда он зажёг свечу в подсвечнике и аккуратно, чтобы не скрипнула, открыл дверь и спустился на первый этаж. Тихо шагая, он прошёл по коридору к лестнице, ведущей в подвал, спустился, навалился плечом на дубовую дверь и оказался в сводчатом подвале.

У стены по-прежнему похрапывали и посапывали слуги. А в центре возвышалось ложе, на котором спала принцесса. Филипп долго вглядывался сквозь хрустальную крышку, изучая лицо девушки. Иногда ему казалось, что за ним наблюдают, он оглядывался, но в подвале были только спящие. Вдруг ему в голову пришла неожиданная мысль: а что если поднять крышку гроба? Закрепив свечу в изголовье постамента, он двумя руками поддел крышку, та поддалась и на удивление легко откинулась на серебряных петлях.

Теперь между ними не было преграды! Филиппу даже казалось, что он слышит дыхание девушки. Чтобы проверить это, он наклонился. Прямо перед его глазами были нежные губы. В подвале повисла тишина, казалось, даже слуги перестали храпеть. Не отдавая себе отчёта в действиях, Филипп подался вперёд и поцеловал их. Ресницы принцессы дрогнули…

«Что же я наделал?» – подумал Филипп.

И в этот миг принцесса открыла глаза.

– Ах, это вы, принц? – сказала она.

 – Наконец-то! Долго же вы заставили ждать себя…

Не успела она договорить эти слова, как все кругом пробудились. Зевая, поднялась со своего места одна дама, потягиваясь, присел пожилой мужчина. Все двадцать человек проснулись и протирали глаза, пытаясь понять, где же они. Принцесса тоже приподнялась на своём ложе, и Филипп помог ей спуститься. Её ноги были босы, и чтобы ей не было холодно, он постелил ей одно из одеял, которыми были укрыты слуги.

– Где мы? – раздавалось со всех сторон.

– Что с моей одеждой? – воскликнула придворная дама, стыдливо кутаясь в одеяло.

– Зажгите кто-нибудь свет! – приставал ко всем пожилой мужчина.

И только Филипп и София стояли посередине тёмного подвала и смотрели друг другу в глаза.

На лестнице раздался шум, дверь распахнулась, и в подвал ворвались месье и мадам Легран.

– Что здесь происходит? – начал кричать Бернар, но разглядев в полумраке проснувшихся людей, осёкся.