Наедине со временем

Это были ритмы «Рио-Риты». Пластинки были тоже маленькие, умещавшиеся на ладони владельца этого чуда американской техники. Сам же Борис Иванович был высокого роста, широкоплечий, всегда улыбающийся добряк, у которого мы с братом легко располагались на одном колене. После войны, уже совсем седой и сутулый, он ненадолго появился у Елены Семеновны, но вскоре был вновь арестован и пропал навсегда.

Однажды, вскоре после исчезновения Бориса Ивановича, я увидел, как Елена Семеновна с огромным тюком через весь двор направлялась в сторону помойки в другой конец двора.

Я быстро пересек ей путь и предложил свою помощь. Она согласилась. Так я оказался владельцем многих экземпляров запрещенного к тому времени журнала «Красная новь». Уже намного позже я узнал, что у этой одинокой женщины был брат – редактор этого довоенного журнала, довольно известный литератор Михаил Семенович Гус, иногда наведывавшийся к своей скромно живущей сестре, привозя ей, очевидно, редактируемые им журналы.

Тогда же в школе стали очень часто на уроках истории СССР ссылаться на «Краткий курс истории партии большевиков», читая который, мне по какому-то непонятному чувству стали казаться симпатичными эти приверженцы различных оппозиций. Их бесстрашное поведение по отношению к воинствующему большинству взывало к чувствам терпимости и гуманизма как к побежденным, на фоне всеобщего ликования трудящихся масс, требующих от властей бескомпромиссных жестких мер по отношению к ним.

Возможно, это пришло от Сервантеса с наивным рыцарем из Ла-Манчи, книжка которого с упоением была поглощена мною в то время. Тогда же я случайно обратился к содержанию мешка моей соседки и с удивлением обнаружил, что мои чувства разделяют огромные массы людей, ибо практически во всех журналах, из номера в номер помещались материалы, связанные со ссылкой в Алма-Ату Троцкого-вождя и одного из создателей партии, верного последователя большевизма, соратника Ленина, – что подтверждалось многими публикациями.

В статьях описывались стихийно или организованно возникающие митинги и демонстрации солидарности в поддержку бывшего властителя дум, а теперь опального заговорщика и предателя, по всему пути его следования в ссылку. На вокзалах и станциях собирались массы сторонников Троцкого и, буквально рискуя жизнью, выражали свои чувства преданности ему и недовольство существующим режимом.