Золото староверов

Он верил в искренность староверов, но его разум не понимал или плохо себе представлял, что люди могут быть такими, какие они есть, какими они должны быть. Люди, что прошли рядом, вскоре зашли в дом, который был хорошо виден с высокой горки, где находился дом Матрены, они так и не оглянулись.

Стало темнеть, дома стояли в лесу, и из-за деревьев рано наступала ночь. Рядом пастухи прогнали большое стадо коров, из стада по очереди отходили к своим домам коровы. В их двор вошла большая черная корова, она подошла к Андрею, важно понюхала, будто стараясь определить, кто этот чужой человек, и с чем к ним пришел: с добром или злом.

– Красавка, ты что, а ну пошла на место! – закричала подоспевшая Матрена.

–Я думал, что здесь у вас все добрые и гладкие. А тут чуть не убила, рога какие большие, такими насквозь поранить можно.

–Не бойся, она просто ревнует, проходи в дом: пора спать, я корову подою и приду.

При этих словах Андрей оживился, он вспомнил, что в доме только одна кровать и ведь жена она ему. Андрей подошел к умывальнику, разделся до трусов. На деревянной раковине лежал пучок травы, он взял его в руки намочил водой и потер его, в руках появилось много пены, будто он потер мыло. Этого пучка хватило помыться; ополоснувшись чистой водой, он вошел в дом. На столе стоял металлический подсвечник с четырьмя свечами, и в комнате было светло.

Вскоре пришла хозяйка, весело напевая песенку, она сняла с себя одежду, вот, наконец, она осталась в одном платке. Андрей, смотря на молодое женское тело, еле удерживал себя, чтоб не наброситься. Вдруг он поймал себя на мысли, может, Матрена не знает, что он видит ее обнаженной. Андрей сильно закашлял.

–Андрюшка, ты что, заболел?– девушка подошла и потрогала лоб.

У парня вся кровь, что была в теле, хлынула в лицо. Он начал задыхаться, уже не притворяясь, еще громче стал кашлять. Матрена сильно испугалась, она то стучала ему по спине, думала, может, он чем подавился, то прижимала его к себе, отчего ему становилось еще хуже. Вскоре Андрей понемногу стал собой владеть. Он присел на кровать, но отвести глаз от девичьей красоты не мог.

–Андрюль, ты меня так напугал, я думала, что ты заболел.