От Адама к Храму

Поэтому требуется и более свободное, отстраненное, не ангажированное языковое пространство, и иной подход, который позволит преодолеть основную массу "неразрешимых" противоречий, вызванных традиционно – дедуктивным методом, исследованием частностей, чаще всего на уровне фразы, слова, буквы, знака препинания. При нынешнем массово-раскованном стиле исследовательского процесса и публикаций такой подход уводит в непроходимые джунгли противоречивых мнений, эмбрион которых проявлялся и в более дальние времена. Интегральное восприятие текста способно резко сузить сферу разногласий, поскольку глобальная структура событий подчиняет себе детали, делая их логичными звеньями цельной картины, а не хаотичными фрагментами, которые можно толковать в любом направлении.

Именно поэтому мы сосредотачиваемся в первую очередь на событийной стороне Писания, целостность которой с очевидностью продиктована Единым Автором величайшей драмы.

Кроме того, мы ограничиваемся лишь той первой половиной Книги Книг, где все падения являются лишь пружинами общего великого подъема, столь актуального для нас сегодня.

Вторая же половина Писания повествует о глубочайшем падении (с самого дна которого мы ныне, срываясь, карабкаемся вверх), и даже подъемы в ней – лишь временное торможение на том страшном обрыве, преисподней которого оказался Холокост.

Актуальность, потребность часа, играет не последнюю роль в выборе темы и ее границ. Мы ведь заново переживаем переходный процесс от единиц к народу, к стране и, с Б-жьей помощью, – далее, к Храму.

Более глубокое понимание первого витка поможет осознать кризисы, потребности и перспективы его повторного, всемирно-акселеративного разворота.

Чтобы книга не оказалась чересчур "элитарной", она должна быть ограничена и по своему объему. Но как уместить бесконечность в пару сотен страниц? Немало тем вынужденно поданы тут беглым образом, не говоря уже о внесобытийных разделах. Однако их более углубленное, подробное и обстоятельное изложение возможно в лекционном порядке, способном дополнить и развить сжатые печатные формулировки, а также оставить достойное место живому диалогу, основе настоящего контакта и понимания.

Мы старались нащупать золотую середину между непостижимой глубиной и плоской популяризацией, не впадая ни в одну из крайностей. Та же умеренность руководила нами и в решении противоречия между лаконичностью и широтой палитры. Насколько книга преуспела в этом, судить читателю.