КАЗАЧЬЯ ДОЛЯ. Первый чеченский след

Богдана семья тоже не хворает. Поначалу барин все косился на Аленку, но потом, когда у нее стал виден живот, он перестал обращать внимание и, проходя мимо, даже не смотрел в ее сторону. И это только радовало. Радовало также и то, что беременность проходила у Аленки нормально, и что по приметам у нее будет мальчик. На этой строчке я вдруг вспомнил про Богдана. Где он? Нехорошо с ним получилось. Я взял письмо и даже не позвал его с нами, надо ему сказать, что у него дома все хорошо, он же переживает за жену. Богдана я увидел на том же месте, где он и вручил мне послание.

–Богдан, ну что ты там стоишь, давай бегом сюда, для тебя новость есть.

Он быстро подбежал:

–Ну, что там?

–Новость уж больно хорошая, давай пляши.

Богдан быстро сплясал.

–Ну, говори!

–У тебя мальчик!

Он аж подпрыгнул от радости, подбежал к нам, поднял нас двоих на руки и закружил, потом поставил нас на землю и спросил:

–Родила, да?

–Ой, Богданушка, какой ты еще ребенок! Ты что, не знаешь, что бабы рожают через девять месяцев, а не через четыре.

–А что тогда? -растерянно спросил он.

–По всем приметам у тебя родится сын, – уже мягче сказал я.

Богдан медленно повернулся, хотел уйти. Даша взяла его за руку:

–Богдан, не уходи, побудь с нами.

Даша потянула его за руку и пригласила присесть. Своим нежным приятным голосом она рассказывала про то, что было в письме.

–Николай, вот видишь, как надо рассказывать, все понятно, а ты заорал. Я уж думал, правда, родила. Ладно, друзья мои, уже темнеет, для вас самое время гулять, а мне пора идти спать.

–Посиди с нами еще, не уходи, – сказала Даша.

–Я вам тут мешаю, как говорят: третий – лишний.

–Коля, скажи, что он нам не мешает.

–Конечно, нет, ты же мне, как брат, да и секретов у нас нет от тебя.

Мы присели на скамью.

–Хотите, я вам почитаю стихи?

–Да, конечно, я никогда не слышал настоящих стихов, – ответил Богдан.

–А настоящее стихотворение – это, по-твоему, какое?

–Я не знаю, но мне кажется, это такой должен быть стих, какой человека может толкнуть на подвиг. Мне кум пробовал рассказать тот, что про парус, мне понравилось. Он же написан настоящим поэтом, да? Как там его фамилия…

– Лермонтов Михаил Юрьевич.