Рудольф. На основе реальных событий. Часть 2

…И снова стояла тишина в вагоне, немного коптила касторка в самодельной лампе на столе – их наловчился делать Илья Сатунин и всем дарил. Скрипело перо: Сергей писал очередной рапорт.

– Послушаешь?

Рудольф, начавший было задремывать, потянулся на полке и кивнул.

В бытность мою студентом Института инженеров путей сообщения я, глубоко интересуясь авиацией как наукой, с 1910 по 1915 гг. состоял лаборантом аэромеханической лаборатории института, принимая самое живое участие как в оборудовании ее, так и в специальных исследованиях.

Одновременно с тем занимаясь изучением работ заграничных лабораторий и ученых, я сдал попутно полный цикл необязательных предметов по зарождавшемуся тогда авиационному подотделу.

Желание перейти к практике заставило меня поступить конструктором на авиазавод Лебедева, где в течение 1914 и части 1915 гг. я получил довольно порядочный опыт в конструировании, постройке и ремонте самолетов.

Призванный в 1916 г. на военную службу, я, не желая пользоваться протекцией и связями, с большим трудом попал из пехоты в 23-й авиаотряд.

Принимая самое живое участие в общественной и технической работе отряда, я неоднократно стремился в летную школу, но меня как полезного работника не отпускали из отряда. Летом 1917 г. мне удалось сделать несколько учебных полетов на переделанном нами Декане, но Рижское отступление помешало обучению.

После Октябрьской революции я был выбран Командиром 23-го отряда, на каковой должности состоял до июня 1918 г.. Благодаря значительному авторитету мне удалось отряд вывести из нескольких отступлений и демобилизаций не только не развалившимся, но и пополненным самолетами и техническим имуществом распавшихся отрядов…

– И потом тебя сместили? – Рудольф покачал головой и душераздирающе зевнул. Ему казалось, что вагон куда-то едет, голос Сергея доносился словно издалека.

– Ну так я же не летчик, – Сергей хмыкнул и протер пенсне. – Ну дальше слушай.

Работая и на Южном Фронте, я неоднократно ходатайствовал перед Начавиармом—8 о назначении в школу или предоставлении мне «Вуазена». Не желая меня упускать из армии как опытного наблюдателя, товарищ Конкин нарядил было один из имевшихся «Вуазенов», но отменил вскоре это распоряжение.