Параллельный отпуск. Книга вторая

А реальность представляла собой все тот же бесконечный египетский лабиринт, из которого мы с Али, как я отчетливо помнил, с таким трудом выбирались.

Но, по всей видимости, я помнил всего лишь собственный сон или видение. Наверное, это лабиринт уже начал сводить меня с ума, и я на несколько мгновений впал в состояние смутного бреда, в котором мне пригрезилось все дальнейшее: наше с Али возвращение, больница, общежитие, звонок Свете, Эрмитаж и поездка в Москву.

На самом же деле, к моему глубокому огорчению, мы все это время не покидали мистического лабиринта.

Мы только что взорвали эти злосчастные серверы и пытались вернуться назад. Но лабиринт не выпускал нас. Возвращение оказалось намного труднее, чем начало пути и даже сама наша секретная миссия. А я-то, наивный, радовался, что самое страшное и ответственное позади! С отчаянием я подумал, как же все запутанно и сложно в этих параллельных мирах. Но, чтобы вернуться наконец к нормальной жизни, надо идти дальше. Осталось только выбраться наружу. Желательно живыми.

Мрак начинал давить все сильнее и сильнее. Причем медленно и постепенно. Даже при вдохе я чувствовал тяжесть черной субстанции, которая обволакивала с головы до ног, и поэтому передвигаться становилось все труднее.

Добравшись до помещения, где находился череп с пустыми глазницами, мы решили передохнуть. Я уселся на каменной плите напротив обладателя черепа. Все-таки правду говорят, что если долго находиться в темноте, то зрение привыкает, и через какое-то время можно, хотя и смутно, видеть.

Тишина стояла могильная…

– Что смотришь? – неожиданно я услышал шелестящий тихий голос. – Хочешь, я тебе открою тайну создания?

– Кто здесь? Али, это ты?

– Нет никого. Египтянин ушел. Лабиринт увел его. Мы здесь одни с тобой. Не бойся ничего. Все это суета. Я могу поведать тебе о том, как все создано, есть ли границы сознания, есть ли предел.

– Но такого не может быть, – трясясь от страха, я уставился в пустые глазницы черепа.

– Может. Все может быть. Тебе стоит только захотеть, и я открою тебе истину, которой наградила меня Вселенная.

Ты узнаешь все… абсолютно все.

– Кто ты?

– Амвросий. Из греческого Ираклиона. Не удивляйся, что я говорю с тобой на твоем языке. Я знаю его в совершенстве, как знаю теперь все языки мира. Как знаю все тайны Вселенной, границы мироздания, глубинную суть жизни и смерти. Раньше, в далекие времена, в поисках ответов на свои вопросы, я исколесил весь мир. Пытался понять очертания границ.