Исчезнувший в подземельях Шамбалы

Сейчас принесу.

Через минуту хозяйка принесла слегка помятую газету. И, действительно, поверх моей статьи была прочерчена сверху вниз небольшая прямая векторная линия черного цвета, только с двумя стрелочками на концах и с точкой посередине.

– Может, Николя так новую ручку расписывал? – предположила мадам Флора.

– Не знаю. А он вообще вел какие-то записи?

– Да. Раньше. Говорил, мол, хочу написать о том, что я видел и пережил.

– Типа воспоминания, мемуары?

– Не знаю. В последнее время я не замечала его за этим занятием.

– Он прямо здесь писал? Что-то не вижу пишущей машинки, – я еще раз внимательно осмотрел комнату.

– Она в летней кухне. Несколько лет назад брат ее переделал под свою резиденцию… Любил так называть это помещение, – хозяйка опять всплакнула, но быстро взяла себя в руки. – Пойдемте, я вас туда проведу. Там вход отдельный сразу с улицы.

Выйдя из дома, мы прошли мимо цветущих клумб. «Вот еще одно преимущество жить на юге, – подумал я, – начало апреля, а такое цветочное буйство красок с легким приятным запахом и жужжанием полосатых пчелок!»

– Видите, сюда нельзя попасть из дома, – открыв дверь, сказала мадам.

 – Николя здесь все переоборудовал. Установил камин, утеплил крышу и стены, ремонт внутри помещения сделал с заменой электрики. И перебрался жить сюда, говорил, что здесь лучше, ближе к природе. Садовый инвентарь находится сразу за стеной, в маленькой пристройке. Только с наступлением холодов перебирался обратно в дом.

Резиденция Николя была обустроена по-спартански, но со вкусом. Мягкий кожаный диван, возле него большой старинный стол с резными ножками, примыкающий к окну, с печатной машинкой английской фирмы «Ундервуд», набором пишущих принадлежностей и настольной лампой. Напротив телевизор, висящий на стене на закрепленной металлической подставке, и огромных размеров книжный шкаф, заставленный книгами. Вот и весь небогатый интерьер кабинета месье Николя Легранжа.

– Наверное, уже поздно, – оглядев внимательно бывшую летнюю кухню, обратился я к хозяйке.

 – Надо еще в гостиницу устраиваться, а завтра с утра приду…

– Какая гостиница! – искренне возмутилась мадам Флора. – И речи быть не может! Вы мой гость, и поэтому будете жить у меня, ровно столько, сколько потребуется. Или вы хотите меня обидеть, месье Андрэ?

– Нет, что вы, даже и не думал! Просто не хотел вам создавать неудобства.

– Ну, вот и отлично, – заулыбавшись, ответила хозяйка.