Исчезнувший в подземельях Шамбалы

Тут, наверное, поцарапанный бампер машины – тема для недельного обсуждения!

С этими размышлениями я нажал на кнопку звонка, находящегося возле почтового ящика с надписью по верху: «ул. Божоле, дом 11»

Месье Легранж

Не прошло и минуты, как из парадной двери дома показалась женщина, видимо, мадам Флоренц, лет семидесяти, в темных бриджах и длинном сиреневом шерстяном жакете.

– Проходите, не заперто, – радостно воскликнула хозяйка. – Я сразу вас узнала. Вы ведь месье Андрэ Горнье? Совсем юноша на самом деле.

– А вы мадам Шатобриан-Рене, если не ошибаюсь?

– Да. Это я вам звонила. Зовите меня просто мадам Флора. Так проще. Это от мужа у меня такая пышная фамилия. Все не могу к ней привыкнуть. Что же вы стоите? Быстрее заходите в дом. Я вас заждалась.

– Присаживайтесь на диванчике, месье Андрэ, – засуетилась мадам Флора, едва закрылась входная дверь. – Вы, наверно, голодны с дороги?

– Нет, спасибо, в поезде попил чаю с бутербродами, так что не беспокойтесь.

– Даже не знаю с чего начать, – усевшись на стул, взволнованным голосом произнесла хозяйка. – Все случилось так неожиданно. Утром, где-то в девять, я ушла в магазин и, вернувшись, обнаружила Николя лежащим в своей комнате. Он был мертв. Врачи потом сказали, что это сердечный приступ. Но дело в том, что кругом все было перерыто… Вещи валялись на полу, картины сорваны со стен… Николя любил живопись. Пойдемте в его комнату. Правда, я навела там порядок после того, как полиция разрешила.

– Картины дорогие? – я решил получше расспросить хозяйку, видя, как нелегко ей даются воспоминания, и одновременно осмотреть комнату Николя.

– Что вы, обычные репродукции. Откуда у него такие деньги! Конечно, он был небедный человек, все-таки ученый, историк, закончил исторический факультет. Но у нас нет в доме ценных вещей, поэтому непонятно, что искали. На мой взгляд, ничего не пропало. В полиции меня об этом несколько раз спрашивали.

– Извините, а кем вам приходится… Приходился покойный?

– Николя – мой брат, младше меня на четыре года. У нас матери разные. Мой папа, Франсуа Легранж, ушел к другой женщине, когда мне было три года. Уехал в Париж… Он был коммерсант. Потом у них с новой женой родился Николя. Я все это узнала гораздо позже, от мамы, но до недавних пор ни разу не видела своего сводного брата.

– То есть, вы знали о его существовании, но ни разу не видели?

– Да, именно так.