Воспоминания

И уж потом она вспомнила, что видела его на скачках, когда ей было 13 лет, а ему 14: он стоял на пьедестале почета и победно держал кубок. Ей сказали тогда, что это Левка Евдокимов. Он принял эстафету победителя после своего брата Григория, который на протяжении многих лет держал лавры чемпиона верховой езды. Мама моя, Ольга Васильевна Клименова, тоже выросла в седле, в отличие от своих сестер, которые окончили ростовскую гимназию и работали учительницами в младших классах. Это мои тети: Ира и Шура. К тому времени они обе были замужем.

Эту фотографию в 1934 году прислала тетя Ира. На фото-наши разоренные раскулачиванием родственники: внизу слева-тетя Ира с мужем Иваном, а справа-их дочь, Людмила. Над Люсей сидит дедушкина сестра-тетя Поля. Рядом с Люсей справа-бабушкин муж, дедушка Миша. За ним стоит мамин родной брат Георгий, погибший на войне. За тетей Ирой и дядей Ваней стоит мамина двоюродная сестра тетя Оля, которая остаток жизни провела в Австралии.

Итак, мои бедные родители ждали моего рождения. Мама вела немудреное хозяйство, а отец работал на какой-то стройке плотником. Появиться на свет мне помогла местная повитуха (родильного дома там не было и в помине).

Слава Богу, который наградил меня хорошей жизнеспособностью, а мою маму молоком, которым можно было прокормить и трех младенцев.

На фото мне 6 месяцев.

Ах, как скоро мне это пригодилось!

Однажды, февральским утром (мне уже было около года), к нам явились грозные обладатели кожаных курток и тяжелых маузеров и потребовали отца. Но он был уже на работе. И моя бедная мама, по своей наивности, побежала его искать, привела, и он тут же был взят под стражу. Никакого суда, ни следствия, ни предъявления какого-либо обвинения, просто ссылка в неизвестном направлении. А что нет за ним никакой вины, так это никого не интересовало.

И вот, мама, как жена декабриста, хватает меня-крошку и спешит к отцу, чтобы не опоздать к отправке эшелона. Дальше длинный, мучительный путь в нетопленных вагонах. Началась эпидемия дифтерии. Дети, лишенные элементарных человеческих условий, умирали десятками. Их выносили и так оставляли на снегу.

На какой-то станции, вблизи Урала, маму высадили со мной умирающей и поместили в маленькую сельскую больницу.