Выжига, или Золотое руно судьбы

Майор ненадолго задумался. Конечно, зная, куда Мазур идет, искать его будет гораздо проще. Вот только кто этим будет заниматься?

– Может быть, зафронтовая разведка? – проговорил Елагин раздумчиво.

Зафронтовая разведка НКВД была чем-то средним между обычной войсковой разведкой и разведкой стратегической, которой заведовали резиденты-нелегалы в глубоком немецком тылу. Задачи у зафронтовой разведки были самые разные: от добывания информации о вооружении противника, вербовки и перевербовки шпионов до организации в тылу врага партизанского движения и проведения диверсий.

В составе групп зафронтовой разведки почти всегда были люди, говорившие на языке той страны, на территории которой они действовали, и, разумеется, на языке противника, то есть на немецком.

И вот теперь Елагин предлагал использовать зафронтовую разведку для того, чтобы поймать Мазура. Если они точно определили намерения беглеца, то шансы взять лейтенанта в ближайшее же время были у них совсем недурные.

Уваркин хмыкнул: широко шагает капитан, как бы штаны не порвать. Или он хочет, чтобы вдогонку одному беглому старлею отправили целый отряд зафронтовой разведки?

– Специальный отряд снаряжать не нужно, – отвечал капитан. – Просто информируем уже работающие группы, пусть ищут его параллельно с основной работой. Через такую сеть никакой Мазур не проскочит, возьмем тепленьким.

Майор, глядя куда-то в стену, барабанил по столу. Идея не так плоха, об этом можно подумать.

– Вот только один вопрос остается, – голос у капитана был деловито-озабоченным, как будто окончательное решение уже было принято Уваркиным. – Живьем брать будем?

– Как выйдет, – отвечал майор, но вдруг задумался. Подумал недолгое время и мотнул головой. – Хотя нет, надо бы все-таки живьем. Уж больно ловко он от нас улизнул – вдруг у него тут еще сообщники есть?

Капитан через силу заставил себя улыбнуться.

Слова майора Елагину совсем не понравились.

Когда Мазура поймают, тот вполне может проболтаться, что они с капитаном знакомы с детства, а следовательно, посеять законные подозрения насчет благонадежности самого капитана.

Что ж, оставалось только надеяться, что если Мазура возьмут живым, то не будут колоть прямо на месте, а доставят в расположение советских войск. Ну а там уж он, Елагин, сделает так, чтобы друг детства не сказал ничего такого, что могло бы ему, капитану, повредить.