Хроники Центрального Континента. Книга 3. Стражи Пылающей Ямы

К рассвету они без происшествий добрались до густых зарослей багульника, растянувшихся на пару десятков ярдов вширь. По бокам от простилавшегося вдаль широкого коридора из кустарника с сомнительной репутацией распластались опасные трясины, из которых доносилось нескончаемое издевательское жабье кваканье. На приличном расстоянии друг от друга над багульником высились небольшие сосенки, расставленные неравномерно, будто нетрезвым художником этой мрачной замутненной легким туманом картины. Где-то далеко на краю этого ощетинившегося лабиринта численность сосен увеличивалась, и горизонтом становился рослый сосновый бор.

– Дальше идти буде сложнее, – обратилась девушка к зверю. – Тот, кто описывал мне этот маршрут, предупреждал, что на этом участке многие потеряли себя.

Рон прорычал нечто неразборчивое, но она поняла, что его такое предостережение впечатлить не могло.

– По словам того человека, – продолжала Элливиана, – здесь помимо вредных паров багульника иной раз появляются какие-то органические споры, затуманивающие голову пагубными кошмарами.

Воспоминание о скупом на подробности рассказе Контроса про эти топи приносилось невнятным эхом из глубин сознания, связанных с первой жизнью.

На сей раз ей показалось, что зверь глухо усмехнулся. Что могло явиться кошмаром для ее питомца? Он сам отчасти являлся воплощением чьих то кошмаров (а если уж быть честной с собой, скорее, ее собственных), а его больше звериный склад ума уже не мог вообразить, что бы такое могло его испугать.

– Я хочу, чтобы ты отнесся к этому серьезно, Рон. Следи за своим самочувствием, смотри за моим поведением. Если будешь уверен, что что-то не так, принимай меры, какие сочтешь уместными.

Она и сама достаточно поверхностно представляла себе то, о чем предостерегала зверя. Его и впрямь могло совершенно не затронуть воздействие этих невероятных частиц. Мало того, их могло и не существовать вовсе. Про подобные места нередко выдумывают тучи небылиц, дабы приукрасить рассказ о скучном переходе через топи.

Они снова двинулись вперед. Комаров и большинства других насекомых стало ощутимо меньше. Высота кустов в самых пиковых местах не превышала трех футов. Сильно загнутые вниз концами листики имели рыжеватый окрас нижней войлочной поверхности.