Кошмары города кошек

Ирина сняла ее с плеч и стала рассматривать последствия сражения с кошкой. – Ты где в ней валялся? Подрался, что ли?

– Ладно, я пойду, – сказал Артем, забирая у Иры куртку. И буркнул, глядя в пол: – Ничего я ее не находил. Она сама нашлась. Попалась навстречу, я ее и проводил до дому… – Артем повернулся к двери, но вспомнил вдруг, что осталось еще одно дело: – Извините, от вас можно позвонить?

– Звони, конечно! – Ира показала на трубку, висевшую на стене. Потом нахмурилась и топнула ногой: – Папа, мама! Ну чего вы тут замерли? Дайте Артему поговорить!.

.

– Ты нам сама должна еще многое рассказать! – строго заметил отец, но вышел из прихожей вслед за женой и дочерью.

Артем набрал Серегин номер. Трубку взяла мать друга.

– Вера Михайловна! – закричал Артем. – Сергей дома?!

– Тише, Артемка, ты чего? – удивилась Серегина мама. – Сережа уже спать лег…

– А он точно дома?

– Конечно точно. А что случилось?

– Нет, ничего. Извините, – сказал Артем и повесил трубку.

С его души свалился не камень даже, а целая гора. Он крикнул в сторону комнаты, куда ушла с родителями Ирина: – До свидания! Я пошел.

Артем уже выходил на лестничную клетку, когда его догнала Ира.

– Давай, выкладывай! – зашептала она.

– Ир, давай потом, – поморщился Артем. Внезапно он почувствовал себя безумно уставшим.

– Расскажешь, точно? – не стала настаивать девушка, поняв, видимо, состояние парня. Тот кивнул:

– Расскажу.

Ира повернулась было, но вновь посмотрела на Артема:

– А ты правда меня спас?.

.

– Ну-у… – замялся Артем и почувствовал, что краснеет. Ирина вдруг привстала на цыпочки, чмокнула парня в щеку и шмыгнула за дверь.

Дома Артема ждали. Мама и бабушка стояли в прихожей, сложив на груди руки. Казалось, они дожидались команды рефери «бокс!», чтобы ринуться в бой.

– Вот, погляди, Люся, в библиотеке он был! – всплеснула руками бабушка. Поединок начался.

Впрочем, тут же и закончился. Полным поражением Артема.

Нокаутом. Потому что, переступив порог родной квартиры, он понял, что все наконец позади. Что-то рухнуло внутри, открывая неведомые шлюзы, на душе стало легко-легко, горло забилось сладкой горечью, в глазах защипало, и… Артем разрыдался.

Женщины сразу забегали, запричитали, закудахтали. Бабушка стянула с внука драную куртку, мама прижала сына к себе и стала ерошить его волосы, приговаривая что-то ласково-нежное. Артем заплакал еще сильнее.