Лакрица

В тот момент я хотел просто провалиться сквозь землю, исчезнуть и никогда больше не попадаться ей на глаза. Мое лицо горело, а руки заметно дрожали. До чего я довел ее?

– Вы чего это, Пломбировая парочка? – послышался голос откуда-то сзади.

Он вновь вернул меня в реальность. Это был голос отморозка, который считал нас с Дашей своими друзьями. Его звали Артем. Отморозком назвал я его не зря. Он всегда что-нибудь отжигал, и часто за это впутывался в неприятные ситуации. Артем был выше меня на полголовы, но уже в плечах.

Забавные пропорции тела…

– Сам ты парочка, идиот! – обиженно сказала Даша. – Чего ты такой довольный?

Артем и вправду весь сиял.

– А ты бы видела себя! Заорала прямо на паре. Даже я себе такого не позволял! – злорадно произнес он. – Чудила!

– Сам ты… – Дашка часто ругалась с ним, но в этот раз, не договорив фразу, она помрачнела. – Андрей уезжает…

Артем удивленно посмотрел на меня и, показывая на девочку пальцем, спросил:

– Это правда что ли?

Я молча кивнул.

Темка вздохнул.

– Ну вы отжигаете сегодня. Вам бы это… в цирк! – сказал он. Голос его прозвучал мрачнее обычного, и на последнем слове резко сорвался.

– Ребят, ну вы чего? – попытался разрядить обстановку я. – Я же не умираю. Мы еще увидимся! Я и в гости к вам приезжать буду.

Даша лишь молча горько вздохнула.

– Понимаешь, не в этом дело… – теребя бляшку своего ремня, начал он. – Мы-то знаем, почему ты уезжаешь. И тяжело это – знать, что ты просто бежишь. Делай, что хочешь, но… Это неправильно, вот так бросать все.

Нам ведь не все равно… Нам горько осознавать это.

Все трое замолчали, пялясь в пол. Я не знал, что сказать. Впервые в жизни я слышал что-либо подобное от Артема.

– Ладно, – снова сказал он. – Я позабочусь о Дашке. Но учти, если ты и правда уедешь – я не приду тебя провожать.

Мое сердце вновь заколотилось от этих слов. Я смотрел вслед уходящему другу. Вот так и закончилось наше с ним расставание. Но сюрпризы на этом не заканчивались. Пока я провожал Артема взглядом, сзади меня обняла Даша и прижалась своим лицом к моей спине.

Она сильно сжала свои руки и вонзилась ногтями мне в живот. Через футболку я почувствовал, что моя спина становится мокрой. Она плакала… Через ее всхлипы я слышал, как ей было больно… Я просто молчал и слушал ее плач.

– Береги себя! Только береги себя, пожалуйста, – говорила она. – Ради меня! Ради Артема! Мне больше ничего не нужно…

Я расцепил ее руки и пошел прочь.