Марсиане. Марс – наш!

– Бросьте вы! – возмутился министр обороны. – Ещё смастерите боевую машину из фанеры! Или из папье-маше! Танк – это танк! А танк должен быть железным.

Железная логика убедила собрание.

– Оставим технические проблемы инженерам, – прервал их президент. – Сейчас главное, решить организационные вопросы. Кому дело поручим?

– Роскосмос, ВКС, РАН, Уралвагонзавод, НПО имени Лавочкина, – предложил Погодин. – Под общим руководством…

– Левайса, – сказала Ярцева. – Левайс из любой ситуации выкрутится.

– Есть другие предложения? – спросил президент.

Других не было. В зале воцарилось приподнятое настроение. Государственные мужи участвовали в историческом начинании – рождении национальной идеи.

Всё испортил премьер Хромов. Он наклонил лобастую голову и тихо – спросил:

– Где взять денег, господа? И сколько?

В зале повисла нехорошая тишина. После длительной паузы встал Улыбаев:

– Сколько – определимся потом. А деньги, как говорится, лежат у нас под ногами. Вклады населения в банках – это миллиарды и триллионы рублей.

– Круто! – сказал Федянин. – Будут возмущения и протесты.

– Когда это вы видели протесты пенсионеров? – парировал Улыбаев. – Они все поддерживают политику президента и голосуют за него обеими руками.

– Восемьдесят шесть процентов, – сказал пресс-секретарь.

«У Чаушеску было сто. Перед тем как…» – подумал Колганович.

– Президент – это Россия, – сказал коммунист Романенко.

– Президент – наше всё! – добавила его жена и депутат от единоросов, оперная певица Максудова.

В скором будущем семейная пара незаметно исчезнет из России и получит украинское гражданство. Полковник Романенко при этом заявит, что был против аннексии Крыма и голосовал «за» под страхом смерти. И, что уж что совсем паскудно, сравнит правящий режим в России с нацистским. У Максудовой обнаружилось двойное гражданство и, по закону, она в принципе не могла быть депутатом и заседать в Государственной Думе.

Все это будет потом. А пока президент сказал:

– Думаю, финансовые вопросы мы уладим. Полагаю, что и бизнес не останется в стороне. Господин Шлифман, к примеру, мог бы купить танк, на свои кровные, как во время войны. И Клюкман, кстати, тоже.

– Зачем нам два танка? – зажался скупой Клюкман.

В кулуарах говорили, что президент неважный стратег, но блестящий мастер тактических многоходовок.