Несчастные Романовы

Рассказывает историк Евгений Анисимов: «Умирая в страшных физических муках в ночь на 28 января 1725 года (то есть в день рождения Анны), он все еще надеялся выкарабкаться, страстно, со слезами молился. Довольно распространенная – благодаря Вольтеру – легенда гласит, что умирающий Петр захотел написать завещание, но его рука выводила лишь неразборчивые буквы, из которых удалось понять только следующие слова по-русски: «Отдайте все…» Он велел позвать принцессу Анну Петровну, которой хотел диктовать, но как только она показалась у его ложа, он лишился дара речи и впал в агонию»[39 - Евгений Викторович Анисимов «Толпа героев XVIII века».

].

На протяжении многих лет самым очевидным наследником престола был Алексей, сын Евдокии. Но Петр безжалостно устранил юношу. После изучения всех деталей этой семейной истории как-то уже не хочется обсуждать экономические и технологические нововведения царя. Его бесчеловечное отношение к собственному сыну не может быть оправдано даже самыми прогрессивными реформами.

Царевич Алексей и Ефросинья – в любви и смертельной опасности

Сын Петра I полтора года прятался от разъяренного отца в средневековых замках вместе со своей возлюбленной Ефросиньей. Это опасное и романтичное приключение стало самым ярким эпизодом в бесцветной жизни робкого Алексея. За ним гнались лучшие ищейки русского царя – а Алексей отчаянно ловил последние счастливые минуты в Неаполитанском заливе.

Ссора с отцом

Царевич был совсем не похож на своего сурового батюшку. Петр – человек грубый и решительный, знаток военного дела. Алексей – убежденный пацифист, любил заниматься хозяйством, интересовался западной культурой и уважал старинные русские обычаи. Любил музыку – светскую оперу и церковные песнопения.

Историк Сергей Петухов отмечает: «Алексей характером напоминал деда Алексея Михайловича Тишайшего, как и он, любил историю, богословие, языки, был натурой созерцательной.

Но при том далеко не пассивной. Австрийский посол Вильчек наблюдал Алексея в Кракове и отметил, что тот был очень любознателен, посещал церкви и монастыри, присутствовал на диспутах в университетах, покупал много книг и ежедневно проводил по 6–7 часов не только за чтением, но и за выписками из книг, причем никому своих выписок не показывал.