Сталин. Спасти царя

«…Много добра втайне сделал Павел Петрович простому народу, продолжалось далее… – Он повелел выставить в подвальном окне Зимнего дворца особый почтовый ящик, куда жители столицы могли бросать записки о любых личных нуждах, о недостойном поведении и попустительствах вышестоящих лиц и прочего. Государем было лично разобрано множество дел «из почты», а просящим оказана посильная помощь.

При сём благом деле настроение общества к царю быстро ухудшалось – иностранная музыка и мода оказалась под запретом – носить «якобинские» наряды и «вольные» причёски обществу не дозволялось.

После кончины Павла I по Петербургу забродили слухи об умученном за правду святом государе и о блуждающем около Михайловского замка его призраке. На его могиле в Петропавловском соборе свершались чудеса: горожане начали молить покойного государя, как святого, прося у него заступничества в делах, особенно в тяжбах с чиновниками, в помощи обиженным сиротам и вдовицам. Так Павел Петрович до сих пор помогает всякому его просящему.

Примеров сему есть множество…»

Эти черновики, как предположили для будущих мемуаров, нашли в бумагах тайного советника и друга Павла I графа Алексея Ивановича Васильева и уже после смерти царя передали новому императору Александру I. И видевший убийство отца сын не только не наказал вельможу, но пожаловал ему новую должность министра финансов в своих министерствах. Но в кончине самого графа спустя всего несколько лет после воцарения нового государя тоже нашли немало странностей.

Хранились те бумаги в маленьком ларце вместе с предсказанием Павлу I старца Авеля, пока их не передали, как и было завещано монахом – через столетие потомку царя – правящему государю Николаю II. Сложенные вдвое эти два полуистлевших листа хранились в его карманном молитвослове.

Накануне революции он хотел созвать комиссию и канонизировать Павла I. Но февральская смута показала – пришло его время уйти. А если б он не ушёл неужто и его постигла участь Павла Петровича? Хотя чему тут удивляться… Вся его семья, почти все великие князья – дядюшки, тётушки, братья и даже племянники выступили против него.

Недовольны его политикой были, как сказал ему один из министров – массы! Ещё в разгар революции 1905 года сам великий князь Николай Николаевич в его кабинете чуть ли не на коленях умолял племянника подписать указ о даровании Конституции, чтобы «остановить смуту», или, пригрозил он, доставая из кармана пистолет, – «Я застрелюсь у тебя на глазах.