Ань, чего молчишь? Неосторожные шаги юности

Я не понимала… Он хотел что-то сказать, но не мог. Начинал, но прерывался и снова целовал. Это было похоже на приступ.

Он остановился и шепотом сказал:

– Я боюсь…

– Чего?..

– Я боюсь, что ты уйдешь от меня.

N положил голову мне на колени, я гладила его волосы и шептала:

– Никогда, что ты. Никогда, дядечка…

* * *

N не соврал, говоря о том, что очень ревнивый. И с каждым днем я все больше в этом убеждалась. Я должна была принадлежать ему и только ему. И поначалу мне это нравилось.

Как-то вдруг пароли от моих социальных сетей и личные переписки стали доступны нам обоим.

N контролировал все мои звонки и сообщения. Его ревность была в высшей степени необоснованна.

Первыми в немилость N попали мои немногочисленные друзья мужского пола. Доступ к общению с ними был закрыт. Если это я еще могла объяснить, то недоверия к моей единственной близкой подруге понять не могла. Он не хотел, чтобы мы дружили. Надо понимать, что моя подруга – совершенно безобидное существо. Позже N стал ревновать меня и к моей собственной семье.

Учебный год еще не начался, а без того узкий круг общения уже был сведен до минимума.

N ревновал болезненно, жгуче. Часто спрашивал:

– Ты моя?

И я из раза в раз терпеливо повторяла:

– Твоя.

Я была предана этому мужчине всем своим существом.

Такие строгие ограничения в общении приводили меня в недоумение. У меня и так не было потребности в дополнительных контактах и новых знакомствах, не говоря о тусовках и вечеринках.

До них мне вовсе не было дела.

А еще N мечтал, чтобы я набила татуировку с его именем у себя на запястье.

Мне казалось, что рядом со мной у N получится победить это неприятное и мучительное для нас обоих свойство его характера. Я верила, что смогу поселить в его сердце уверенность в моей верности. Просто нужно время.

Глава 5. Крабовые палочки с майонезом

Август. Моя подруга Кира зовет меня в гости. Так вышло, что она совсем одна в незнакомой квартире, которую снимает у какого-то байкера.

Мы давно не виделись и соскучились. N трудно принять, что я могу соскучиться по кому-то, кроме него. Он запрещает мне ехать, и мы сильно ссоримся. Шантажирует меня и говорит гадости:

– Знаю я таких подружек! Напьетесь, потом к вам зайдет какой-нибудь байкер и хей-хей, вечеринка удалась.

– Да что ты такое говоришь…

– Поедешь, обо мне забудь.

– Поеду. Но о тебе не забуду.

Я пытаюсь сохранять спокойствие и продолжаю собираться.