Геммы. Сыскное управление

Он и забыл о своем позоре! Теперь у него, без сомнения, горела не только нижняя, но и верхняя половина лица.

– Ладно, можешь не говорить, – смилостивился Михаэль. – К тому же я только сейчас заметил.

– Думаешь, Михаэль сказал правду? – спросил Илай у Дианы, пока они шли до конюшен, чтобы забрать своих лошадей.

– О чем ты? – раздраженно, что было ей не совсем свойственно, отозвалась сестра.

– Ну, о том, что он не сразу заметил на моем лице это…

– До чего же ты тщеславный! Только и думаешь, как бы показаться лучше, чем есть!

– Что в этом такого? – оскорбился Илай.

Диана надула и без того округлые щечки и не сказала ему больше ни слова.

В таком взаимно обиженном молчании они сели на лошадей и добрались до ворот. Им без промедления открыли, выпуская на площадь под сенью статуи.

Но стоило им выехать, как перед ними скачком сперва возник оседланный Лесом Фундук, а затем и Норма верхом на серой в яблоках лошади.

– Наконец-то! – вскричала Норма, и ее лошадь едва не встала на дыбы.

– Что такое, кто скроется? – опешил Илай.

– Поджигатели, – процедил Лес и сжал бока кошкана пятками.

Остальные нестройной кавалькадой последовали за ним.

Чтобы выследить злоумышленников, сначала пришлось привести Координатора и Охотницу туда, где они только что успели побывать с Лесом. Норма от волнения не успела как следует остановить лошадь, как уже спрыгнула в разрытый копытами и ногами других полицейских снег.

– Они были здесь, оба! Но теперь их нет, и я уверена, в этом виноваты мы.

– Подожди, – воскликнул умоляюще Илай. – Объясни по порядку, мы же явно чего-то не знаем.

– Меня обманули! – Норма не могла удержаться от того, чтобы заломить пальцы. Сердце вырывалось из груди. – Серафимы, я бесполезна!

Тут подоспела Диана. Она ловко спешилась и подошла к дверям лавочки с входом, украшенным еловыми ветками. Вот только огоньки в них уже не горели, а некогда запертая на семь засовов и замков дверь болталась на одной петле.

– Почему ты говоришь, что виновата Дольска? Мы же с ней разговаривали, и она искренне сказала, что никому не причиняла зла. Я была там.

– А помнишь, как она боялась нас? Как прятала шалью шею с украшением? Как жалела животных, которых мучают нерадивые, самовлюбленные хозяева-богачи? – взорвалась Норма.