Сокровища моего отца

А когда маме перевалило за семьдесят, настал наш черед вновь переживать за нее. У мамы обнаружили диабет, а потом и стремительно развивающуюся гангрену. Ей ампутировали ногу, и после этого она очень быстро угасала. Нужно было подниматься и ходить на костылях, но руки, настолько уставшие от работы в деревне и натруженные за всю ее тяжелую жизнь, совсем не слушались. И мама, всегда твердившая всем вокруг, что «движение – это жизнь», вдруг сама осталась без движения и былой энергии. В марте 1989 года мы с сестрой и нашими семьями отметили мамин юбилей – 75 лет, а в начале июля ее не стало.

Мама с сестрой Зоей

Семья (Уфа, 1987 год)

Я с мамой часто говорю,

Увы, не лично, а с портретом.

И ощущаю я при этом —

Пришел как будто к алтарю.

И каюсь как перед живой,

Что груб порой, горяч, как пламень…

И чувствую: с души, как камень,

Снимается ее рукой.

И в роднике моей души

Светлее помыслы, надежды…

И мама словно бы, как прежде,

Шепнет: «Сыночек, не спеши».

МАМЫ ОГОНЕК

Мне раньше было невдомек,

Когда любуясь небом звездным,

Шел, не спеша, я ночью поздней

И дома видел огонек.

Тот свет в окне грел душу мне

И, возвращаясь среди ночи,

Я был уверен, между прочим:

Мать ждет в полночной тишине.

Потом, волнуясь и любя,

Твердила: «Я вот только встала,

К окну – и сразу увидала,

Узнала издали тебя».

О матерей святая ложь,

Где радость смешана и слезы!

Ты огоньком в душе, сквозь грозы,

К порогу дома нас ведешь.

НАСЛЕДСТВО

Стихи не вспомню наизусть:

Тоска и грусть, как в день осенний…

Среди житейских потрясений

О маме Богу помолюсь.

И вспомню тихое житье

В избе, где жаркой печки пламя

Лицо опять румянит маме,

Моложе делает ее.

Я мамин слушаю романс,

Что мне поет она меж делом…

Стоит весна, и вишни в белом

Сулят счастливый в жизни час.

…О маме сны приходят вновь

Из давней юности и детства —

Мое богатое наследство,

Где мамы ласки и любовь.

ЗАПЕЧНЫЙ ТАРАКАН

В детстве больше всего на свете я любил спать и всегда недосыпал. Нужно было помогать маме по хозяйству, то есть, просыпаться рано.