Чужие боги

Номарх что-то говорил о четверти часа, получается – моих скитаний по пустыне вовсе не было? Так, сон, наваждение? Нет! Не может быть! Всё было таким настоящим! И вода, и крокодил… как я его долбил той плитой.

Арсам улыбнулся воспоминанию, но сразу нахмурился:

– Только всё остальное точно не было реальным и нормальным, сплошные демоны Ахримана! К дурацким головам я уже начинаю привыкать, но второй Арсам – это слишком! Привидится же такое! Кто там на меня обиделся? – старался припомнить, уже засыпая.

Пробуждение было приятным. Ещё не открыв глаз, он почувствовал знакомый аромат душистых масел.

– Анахит… – прошептал он и поспешно сел на своей циновке.

Арсам проспал долго, и на мир уже успела опуститься темнота. Женщина держала в руке горящую лампу, золотое сияние освещало её лицо, делало Анахит ещё прекрасней. Перс любовался её большими тёмными глазами, подведёнными густо-зелёным малахитом, стрелами длинных ресниц, нежной, как молодой персик, кожей. Женщина заговорила, но влюблённый не разбирал слов, слушал её голос, как журчание ручья.

– Ты меня слушаешь?! – возмутилась жена Херихора.

– А… что?..

– Мой муж очень сердит на тебя!

– Я видел.

– Он не смог этого объяснить тебе. И послал меня, чтобы я сказала, чтобы ты больше никогда не вёл себя, как… – замялась она.

– Как свободный человек и хозяин? – подсказал Ахеменид.

– Ну… да, ты же обещал…

– Да я просто понять не могу, – развёл руками перс, – эти ваши дурацкие порядки, такое впечатление, что вы боитесь друг друга просто по привычке.

– В чём-то ты прав, мы действительно живём по давно заведённым правилам и никогда ничего не меняем.

– Это ужасно! Дурацкие правила, дурацкие обычаи; кажется, в этой стране ничего не меняется уже сто лет!

– Гораздо дольше, – вздохнула женщина, – но в этой стабильности есть своя прелесть! Ты привыкнешь, поймёшь

– Не хочу я понимать! – возмутился Ахеменид.

– Почему дурной? – удивилась женщина.

– Только в дурных снах можно волоком тащить каменные глыбы и приносить жертвы разным уродам!

– Не оскорбляй местных Богов, – шёпотом предостерегла Анахит, – они рассердятся!

– Уже сердятся! Пусть себе сердятся сколько угодно! – самонадеянно заявил Арсам. – Они вовсе не боги, только демоны.