На кухне мисс Элизы

Невзирая на спешку, я всегда нахожу время пожевать боярышник и листья одуванчиков или собрать немного ягод. Как в детстве, когда по дороге из церкви мама, в своем лучшем воскресном наряде, учила меня, какие листья можно есть, и рассказывала, когда на ягодах ежевики появляется слюна дьявола, и их лучше избегать.

– Думаю, для тебя найдется место – младшей горничной.

Викарий потирает худые белые руки, и я вижу, как двигаются мышцы у него под кожей.

– В наш приход переехала новая семья. Сама понимаешь, я не мог рекомендовать тебя людям, которые знакомы с твоим положением.

Он замолкает и смотрит куда-то поверх моей головы, точно ждет указания свыше. Я и без него знаю, что никто не возьмет в услужение девушку с безумием в крови. Всем в округе известно, что мой отец – пьянчуга, а мать бродит по полям полуодетая. А новая семья – чистый холст. Они не знают о моем позоре.

– Откуда они, святой отец? – спрашиваю я, с трудом сдерживаясь, чтобы не поднести пальцы ко рту. Кому нужна прислуга, которая грызет ногти?

– Из Ипсвича.

– Да, святой отец. Вот только как быть с родителями…

Он все еще смотрит в небеса.

– Положись на меня. Сможешь прийти к нам в Тонбридж на этой неделе? У миссис Торп есть платье, из которого она выросла, и она великодушно согласилась одолжить его тебе для беседы с хозяйкой.

Я изумленно таращу глаза. Его супруга ни разу в жизни мне не улыбнулась, не то что заговорить. Затем я представляю, как буду выглядеть в ее платье – у миссис Торп такая необъятная грудь, что на ней может резвиться целое семейство мышей, и мои глаза распахиваются еще шире.

– Ты умеешь шить, Энн?

Я киваю.

– Вот и славно.

Он вновь потирает руки, точно замерз.

– Им вполне подойдет такая скромная и уступчивая девушка, как ты.

– Можно спросить, как их зовут?

– Их фамилия Актон.

Он указывает на дверь ризницы.

– Смотри, не подведи меня или Господа, Энн.

– Конечно, святой отец, – отвечаю я, хотя думаю совсем не о Господе.

В голове роятся другие мысли. Кто присмотрит за мамой, когда я отправлюсь в Тонбридж? Только на дорогу туда и обратно уйдет час. За это время она успеет снять с себя все до последней нитки и добежать до самого Танбридж-Уэллса. Если папа ее не задушит или не изобьет до бесчувствия костылем.