Живой мертвец

Затянутый в мундир, сухой и высокий, с бесстрастным лицом, Гессе выступал подле Архарова журавлиным шагом, словно на параде. Сзади, вытянувшись и боясь сделать неосторожное движение, шагал адъютант, и среди них толстый и коротенький Архаров с веселым лицом производил впечатление живого человека среди восковых фигур. Все с улыбкой смотрели на него и развеселились, когда услышали его сипловатый голос:

– А, старушка Божия! По какой нужде?

– Милостивец ты мой, – заголосила старушка, – вызволи! Кварташка совсем жить не дает.

– Ладно, ладно! Бумага при тебе? Здесь? Ну, отдай ее вот ему! – и обер – полицеймейстер пошел далее.

Собственно, трудных дел или каких?либо кляузных он никогда не решал, предпочитая сдавать их в свою канцелярию, но каждого просителя обнадеживал ласковым словом.

– А у тебя, сударь мой, какая нужда? – спросил он у Брыкова.

– Секретное дело, – ответил он поклонившись, – желал бы с глазу на глаз!

Архаров с любопытством взглянул на него и, увидев на его лице напряженное ожидание, тотчас же согласился.

– Ну, ну, подожди немного! – сказал он и стал обходить других просителей.

Зал мало – помалу пустел. Архаров спросил последнего и ушел во внутренние покои. Брыков в унылом ожидании прислонился к стене, но подошедший к нему вскоре адъютант попросил его к генералу. Брыков вошел в обширный кабинет. Архаров, расстегнув сюртук, махал руками, чтобы размять затекшее тело.

– А! Ты, сударь! Фу, фу! Ну и умаялся я нынче! Сколько народа этого! Дела! Ну, какой у тебя секрет?

Брыков изложил свое дело и почтительно замолчал.

– Ха – ха – ха, – засмеялся он, – выморочный, значит! Жив и будто мертв! Вот потеха?то! Как же так Антон Кузьмич ошибся?

– Был введен в заблуждение оговором.

– Так. Ну и что же теперь?

– Я желал бы вступить в службу, – сказал Брыков, – да полковник не принимает.

– Как же это он может?

В это время в беседу вступил Гессе, до того времени молча стоявший у письменного стола.

– Полковник, – сказал он ломаным русским языком, – ничего не могит здесь делайт. Они умер.

– Брось, – остановил его Архаров, – видишь, что жив.

– И умер! – повторил с ударением Гессе. – Господа офисер исключаются из списков только императорским приказом. Императорски слово – закон. Император подписал умерл – и, значит, умерл! Полковник Авдеев ничего не могит делайт.