В поисках убийцы

– Что это – сумасшествие, безумная месть или ревность? – мечтательно заговорил товарищ прокурора. – Ужасно!

Следователь со спокойным лицом быстро писал, составляя протокол.

– И пахнет же! – сказал он, ставя точку и кладя перо.

– Необходимо отправить в прозекторскую, – произнес доктор, – я произведу анализ и исследование.

– Просто в чашке?

– Понятно. Это все остается вам.

– И никаких следов! – воскликнул начальник полиции. – Я думал, что по голове узнаем жертву, но лицо так обезображено…

– А коробка, веревка, клеенка? – сказал следователь.

– Мало ли их? Преступление совершено не ранее как неделю назад. Следов нет, – произнес начальник, покачав головой, и шепотом прибавил помощнику: – Но мы их придумаем и найдем.

На другой день столичные газеты были полны описаниями страшных находок, багажа и всего темного кровавого дела. Даже так называемые большие газеты выделили это происшествие из обычной хроники, а мелкая пресса посвятила ему целые столбцы.

Кухарки, горничные и швеи взвизгивали и закрывали лицо руками, когда в мелочной лавке бойкий приказчик читал кровавые описания. Дворники, лакеи и писари с деловым видом обсуждали это происшествие. То же, в немного измененном виде, происходило и в семьях чиновников среднего круга, и в салонах высшего круга.

III

Действующие лица

Присяжный поверенный Алексей Петрович Горянин праздновал двадцатую годовщину своей свадьбы. Хотя это событие в течение остальных дней в году и сам Горянин, и его жена признавали за несчастье своей жизни, все же они праздновали его, пользуясь случаем устроить необходимую для связей вечеринку.

А на этот раз Горянин только что получил хороший гонорар и сделал вечер, не скупясь на расходы.

Большой зал, гостиная, кабинет и даже спальня, обращенная в карточную, не считая столовой, были ярко освещены и предоставлены гостям, которые сидели, ходили, стояли поодиночке и группами, оживляя красиво убранные комнаты.

Хозяйка дома, томная Евгения Павловна, красивая сорокалетняя дама, сидела на диване в гостиной с двумя пожилыми дамами, окруженная мужчинами.

Ее муж, Алексей Петрович, с возбужденным лицом проносился из комнаты в комнату, то подсаживаясь к одним, то останавливаясь подле других, там угощая, здесь устраивая партию в винт, и олицетворял собою радушного хозяина.

В кабинете его приятели пили пунш и разговаривали о прокурорах, речах, процессах и гонорарах.