Сталинград. Том третий. Над нами мессеры кружили

Если и дальше будешь таким исправным…Хмм, обещаю похлопочу об унтер – офицерских нашивках для тебя…Почему нет?

– Я воль, герр полковник! – рявкнул денщик.

– М-да, и траве надобно пробиваться, Вейс…Наш фюрер тоже начинал свою карьеру с ефрейтора…А каких, чёрт возьми, достиг заоблачных высот! Как Бог свят, выше Монблана?. Понял мою мысль?

– Я воль, герр полковник! – отчеканил, словно поставил печать, Вейс, не отрывая глаз от хозяина. – Чего изволите, герр полковник?

Не желая вступать в дальнейший пустой разговор с денщиком, фон Дитц молча, пожал плечами, щёлкнул, оттянутой широкой помочью о грудь и велел подать горячий кофе и шоколад.

– Слушаюсь, мой господин. Будет исполнено. – Вейс снова по-военному щёлкнул каблуками и был таков.

Покуда денщик, сидя на корточках, возился у печи и, обжигаясь, подтапливал смолистым щепьём, отсыревшие от дождя на концах дрова, Отто, развалившись в кресле «связал» прерванную нить воспоминаний.

– Das ist unser letzter Trost. – Он грязно выругался в адрес заокеанских злопыхателей. – Многие из этих историков – клеветников поддают сомнениям гений фюрера! Nutten bicken! Эти порхатые умники считают взгляды нашего вождя – «лоскутными», «дырявыми» и «несостоятельными». Halt die kiappe! Но вам придётся скоро заткнуться. Мы каждому горлопану забьем в глотку германский каблук!

Самолюбие штандартенфюрера было крепко задето. Уж кто-кто, а он на совесть изучал «Майн кампф» и знал эту книгу от корки до корки, как «Pater noster…» Знал: что вся идеология Гитлера в основе своей базировалась на серьёзных философских трудах.

Больше всего повезло Ницше. Нацистский вождь, объявил его своим великим предтечей. Это выражалось в том, что он часто ссылался на Ницше и держал бронзовый бюст философа на своём письменном столе.

Многие, бежавшие из Европы в Соединённые Штаты, не без сарказма и яда подливали масла в огонь, что Гитлер не изучал систематически ни отдельных философов – теоретиков, ни собственно историю философии. Что ему было довольно запомнить заголовки работ Ницше: «Человеческое – слишком человеческое», «Воля к власти», «По ту сторону Добра и Зла» и т.п.

Но это было не так.