Сталинград. Том первый. Прощайте, скалистые горы

* * *

Весь путь до реки Магомед не мог освободиться от тлеющего жара в груди. Нет, это был не страх, что-то иное…но причину сего нервного зуда. Он хорошо знал.

Всё умел, ко всему был готов капитан Танкаев. Не раз он поднимал в атаку своих ребят, не раз его настигали колючие пульсирующие очереди вражеского свинца, от которого спасали: природная ловкость, волчье чутьё и сокровенная молитва. Но вот беда…Так уж случилось, – плавать он не умел. Исстари известно: три сокровища есть у Дагестана: горы, море и всё остальное.

Древние легенды вещают: что на месте моря некогда была унылая голая пустыня. Потом ей вдруг открылось величие могучих орлиных гор и…от потрясения и радости, пустыня расплеснулась у их скалистого подножия своей лазурной синевой.

…Говорят. Что и горы Дагестана были некогда дерущимися драконами. Но вот, однажды в пылу очередной битвы, узрели они прекрасное море! И замерли на веки от удивления, от дивной красоты…окаменели.

Да…всё так. Слышал с детства эти легенды и Магомед. Но Гиидатлинская долина, высокогорный аул Урада, где он родился, слишком далеки от Каспия. Уф Алла! Даже с самых высоких гор, что окружают селение, не увидеть моря. Три перевала, более двухсот вёрст отделяют Ураду от Каспия. Та же, малая речушка, что гремит по гальке, средь валунов, пересекая долину – слишком мелка летом, чтоб в ней плавать. Конечно, есть в Дагестане крупные, мощные реки: Аварское Койсу, Кара-койсу, Андийское койсу, Сулак, но и до них путь не близок – ноги сотрёшь в кровь.

Отец Магомеда, – Танка – был большим тружеником, человеком свободным и независимым, достойным примером для своих детей и соседей. Несмотря на свой рост, силу и крутой характер, он никого не обижал, но и никому не позволял обижать своих близких.

« Настоящий мужчина – сам должен решать свои проблемы», – поучал своих сыновей Танка.

Хай. хай…Ко времени отрочества трёх сыновей у Танка был свой прекрасный дом, имелись и хутора, где он круглый год содержал скот. Летом он часто находился на альпийских пастбищах с сыновьями, а весной и осенью им всем приходилось, как и другим горцам, заниматься земледелием – пахотой, посевами, молотьбой, уходом за фруктовыми деревьями и скотом.