Хроники Рассвета. Игра началась

Мир? – и он встал сбоку от нас, как судья.

– Мир, – нехотя отозвался я, но все же протянул руку Аврону.

Тот пожал и, пускай осадок остался, в некоторой степени доверие к парню вернулось.

По пути назад в деревню мы объяснили ему наш план, но не стали уточнять, откуда мы взяли кучу денег. Немного соврали, сказав о том, что это была плата со стороны Тоуды и Арина.

– Ух ты! – только и ответил Аврон. – Хорошо, что нашу помощь так оценили.

– И теперь мы идем закупаться всем необходимым, – пояснил Конральд. – Рынок ждет.

Только вот рынка в том виде, который я ожидал, в деревне не было. Ни прилавков, ни кричащих бабок – ничего такого, что возникло в моей памяти. Вероятно, это в прошлой жизни были такие рынки. Но деревня по своей сути была не слишком большой и основную массу создавали прибывающие торговцы – наподобие тех, кто попался нам рано утром.

Но и их на рынке не было. По сути своей, деревенский рынок представлял собой пустырь, где расположился один прилавок – хороший, с навесом, сбитым из толстых досок.

Он изредка почесывал седую бороду и зевал, отгоняя при этом от себя мух. На стойке перед ним лежал лист бумаги.

– Какие сегодня предложения? – спросил наемник, пока я пытался понять, где, собственно, все люди.

Но кроме мужчины за прилавком я никого не заметил даже в отдалении. Странный рынок.

– Вот, смотрите, – мясистый палец постучал по листу бумаги. Конральд взял его в руки и, нахмурив брови, начал читать про себя.

Я заглянул к нему через плечо и удивился тому, что это были «свежие торговые предложения».

– А я думал, что торговцы здесь сами стоят. Как в Бережке делал Ижерон, – произнес я, а дородный мужчина усмехнулся.

– Ха, делать им больше нечего, как комаров кормить, да под солнцем жариться. Сидят в таверне, пьют пиво… чего тебе? – обратился он к мальчишке, который только что прибежал к нему. – Согласны на восемь? А расписку дали? Сюда давай, – он выхватил клочок бумаги и внимательно на него посмотрел.

Я с интересом наблюдал за процессом продажи. Любопытно обставлено.

– Не городские биржи, конечно, – прокомментировал это дородный мужчина. – Но стараемся, как можем.

– Ты не против, если закупаться буду я? – предложил Конральд, указав пальцем на строку «молодой жеребец». Цена составляла три серебряных монеты.