Хроники Рассвета. Игра началась

Падать на такие очень больно.

Но раньше было больше. Лопнувшие теперь висели кусочками тонкой кожи. А это значит, что…

Я с облегчением выдохнул. Мокрой футболка была от воды из лопнувших желудочков. Ничего страшного, я не проткнул себе живот, так что все хорошо. Почти, потому что ушибы болели, а лоб начало саднить.

Сверху, пока я копошился в яме, не донеслось вообще никаких звуков. Вероятно, все-таки случилось что-то неприятное. Что-то страшное – и от одной лишь мысли об этом мне стало жутко, потому что я остался один в роще, на черт знает каком расстоянии от деревни.

Ногой я коснулся толстой деревяшки. Ветка или корень. Но толщина хорошая – чуть меньше моего запястья при длине почти с локоть. И, что куда важнее, она была почти что прямой.

Это уже хорошо, но в идеале веток таких должно быть две. Или побольше, чтобы я мог собрать подобие лесенки для себя.

На худой конец пойдет и одна. Только ее надо забить в землю так, чтобы я залез на нее ногой, потом уцепился за свисающую траву и вылез.

Продолжая удерживать первую в руках, я наклонился, чтобы пальцами отыскать вторую. Она точно есть! Либо корень, либо… и, разогнувшись, я принялся искать подходящий корешок, уже торчащий из земли.

Но на такой глубине не было нормальных, толстых корней. А орудовать ножом в относительно рыхлом грунте мне было не под силу.

Поэтому один корешок я нашел довольно высоко, палку, которую до этого я держал в руке, пришлось забить в землю на высоте не меньше полуметра, чтобы использовать ее в качестве опоры для одной ноги.

Для двух – уже проблематично. Палку выворачивало из земли, и только хорошо забитая в землю она служила мне приличной опорой.

Зато с этой высоты я смог подтянуться повыше, достать до корешка так, чтобы рывком, превозмогая боль в боку, вылезти еще выше. Потом вскинул руку и принялся тянуться, но никак не мог достать до травы.

Несколько шлепков по грунту осыпали меня с ног до головы землей, но я так и не смог выбраться. И все же я был так высоко, что даже просто спрыгнуть на дно ямы я не мог. Не заставил бы себя отказаться от своеобразной победы, добытой мучительными усилиями.

Но в момент, когда я отчаянно сопротивлялся умом, но мышцы мои были готовы сдаться, кто-то схватил меня за запястье, стиснул его железной хваткой, а потом потянул вверх.