Афганские былинки. Война и мир

Геннадий Сергеевич Дронов стоял перед ним в рубашке на распашку, тапочках и все тех же, списанных за выслугу лет в домашние, штанах «Аддидас». Остатки пережитого торжества и недавнего праздника еще тлели в его глазах.

– Вам кого? – спросил он, не узнавая.

И страшная, ослепительная догадка вдруг ошеломила Витьку, к горлу подкатила удушливая волна. И, все проверяя, Витька неожиданно для себя сказал:

– Вера оставила у вас книгу и просила забрать.

Он еще надеялся, что Гоша удивится, не поймет, но Гоша, спокойно повернувшись, взял с подзеркальника книгу – А.

– Эта?

– Эта, – кивнул ошеломленно Витька.

И дверь захлопнулась. Он долго, как зачарованный, вглядывался в ее черноту. Из этой квартиры выходила возбужденная, счастливая Верка. Потом спустился, спотыкаясь, во двор, под нудный осенний дождь. А здесь он ее поджидал, – каждый день. Спохватившись, Витька вернулся в подъезд, и, ломая спички, прочитал список жильцов. И спичка обожгла пальцы. Витька откашлялся, как будто собрался петь, повёл занемевшей шеей и хрипло рассмеялся:

– Ну, дурак! – и сам себе подивился.

И ровным, размашистым шагом ушел прочь.

Дома Витька не ночевал, где пропадал днем, неизвестно, а в среду к шести появился под веркиным окном. Верка, как всегда, опаздывала. Поправляя на ходу прическу, выскочила из подъезда и сразу же заспешила.

– Как дела? Чего кислый? Идем?

И сорвалась, ожидая его за собой. Но Витька спешить не стал.

– Ты извини, – сказал он бесцветно, – но больше я к нему не пойду…

– К кому? – удивилась Верка и крашеные её ресницы дрогнули.

– К этому… – Витька неопределенно махнул рукой. – Из сорок седьмой.

Верка споткнулась, и, чтобы не упасть, ухватила его за рукав:

– Вот, блин, каблук сломала! – и запрыгала на одной ноге. – Неси на скамейку!..

Витька не шелохнулся. Потом нагнулся и аккуратно её обул. Каблук был там, где ему положено, и Верке пришлось на него посмотреть.

– Ты что подумал? – изумилась она.

– Да, – неловко подтвердил Витька, – напротив.

Сунул ей забытые «Уроки» и заспешил на подлетевший с Петровки трамвай. Взглянув на книгу, Верка покраснела.

– Витька, Литкевич, стой!.. – и вдруг озлобилась. – Ну и иди, идиот, пацан, сволочь! И всем расскажи, шпион!..

Но Витька её не слышал. У него было много дел: военкомат, институт, Клёпа.